- А-А-А-А-А-А!!! – раздался оглушительно громкий крик. Все, на кого попала алая жидкость, буквально взорвались изнутри. Герой встал посреди трупов, финтанул мечом и окрасил его аурой маны, что окрасилась багровым. И вот, он юноша с пылающими глазами принялся убивать. Носясь между перепуганных врагов, он разил прямо сквозь кирасы, резал головы, отрубал конечности. А самое интересное – даже малейшего касания клинка хватало, чтобы жертва буквально выблевала собственные внутренности. Он плясал, отражая мечи, булавы и клевцы во всех направлениях. Даже когда его разили, почти никто не мог даже поцарапать тканную одежду. Трещины на костях же заживали прямо на глазах у несчастных воителей. И Кир был бы не Киром, кабы не призвал Георгия на веселье. Своей ладной рукавицей он проламывал головы прямо со шлемами, вырывал хребты, обращал десятки бедняг в переломанных воющих калек. Им двигало отнюдь не кровавое безумие, но желание нагнать как можно больше страха. Только так можно было повергнуть фанатиков в бегство.
Ужас ещё не успел достичь лагеря основных сил, однако все признаки перелома битвы были уже налицо. Дарий наблюдал за ходом битвы с дозорной башни. К счастью, у старика был заготовлен козырь в рукаве.
- Генерал, ритуал готов, – доложил вбежавший на вышку посланник. Посреди лагеря сорок чародеев вот уже четыре часа готовили свой аналог звезды героини магии.
- Запускайте. Этот выскочка мне нужен мёртвым, – заявил полководец, подло усмехнувшись своими иссохшими губами. Не для героя предназначалось это заклинание, но его появление лишь раззадорило воеводу.
- Но генерал, а как же наши солдаты?! – напугано спросил гонец, не в курсе подробностей противоречий Дария и Густаво.
- Убейте всех, Фаран узнает своих! – насмешливо скомандовал генерал, вне себя от счастья от возможности убрать двоих своих врагов разом.
Кир не прекращал убивать, своим мечом и кровью он успел унести не одну сотню жизней. Позади же него нелюди непрестанно теснили фаранитов, а вокруг лежали горы изувеченных трупов. Герой отсёк очередную голову и бросил гордый взгляд на Сецуну – заметить её было несложно, волчица буквально на тряпки рвала всех, кто попадётся у неё на пути. Он настолько засмотрелся на окровавленную воительницу, что будто бы и не заметил, подскакавшему к нему солдата – паника не обратила его в бегство, взамен одарив безумной храбростью. И вот, маг-целитель получил себе в шею мечом. Из сонной артерии кровь пошла фонтаном, румянец сошёл с лица юноши…
- Да! ДА!!! СДОХНИ, БОГОХУЛЬНИК!!! – вскрикнул мужчина на коне, отъехав от Кира. Вот только радость быстро отступила, стоило лишь молодому человеку вытащить клинок из себя. Зияющая дыра зажила буквально в мгновенье, и герой наконец-то смог рассмотреть врага – им был рыцарь в гравированных доспехах, из-под шлема у него торчали длинные чёрные кудри.
- Еретик, бесово отродье, демон… – пробормотал Кир, вместе с тем отстрелив лошади пару копыт стрелами света.
- А-А-А-А-А!!! – вскрикнул, по-видимому, генерал, оказавшись придавленным агонизирующей тушей животного.
- У вас сила, вы всегда правы. А как находится кто-то, у кого её больше, так сразу… – начал причитать Кир, но слова живо оборвались, стоило только над головой явиться громадной золотой сфере. Такой же… какую высвободила Фрея.
- А-а… Ха-ха… Так вот… Зачем?.. Сучий предатель! – крикнул фаранит, не в силах уже вылезти из-под вопящей лошади. Одно у него было утешение. – Ты сдохнешь! СДОХНЕШЬ ТУТ С НАМ!.. – не успел Густаво договорить, как маг-целитель попросту выломал ему шею одним резким пинком по шлему.
- Кир, что это? – спросила подбежавшая Сецуна. Яркое солнце топило снег, жарило, слепило своим сиянием.
- Очень… Очень плохая штука. Беги, отсюда! – скомандовал герой, утерев со лба выступивший пот.
- Нет, Сецу!.. – конечно, конечно же волчица решила остаться с ним. Пускай и до самого конца, однако тут он был непреклонен.
- УВЕДИ ОСТАЛЬНЫХ! НАЮТА, ЭТО ПРИКАЗ!!! – крикнул юноша, зашвырнув девочку к стене. На мысли времени не оставалось. Кир выбросил меч, снова окрасил правое око нефритом, зажмурил веки и побежал по воздуху прямиком к пылающему солнцу. Каждый шаг отдавался адским жаром, глаза, пусть и закрытые, пылали. Какие-то жалкие полминуты, и эта горящая дрянь рванёт, не оставит от Кира ничего. Ещё хуже, если взрыв достигнет Сецуны – тогда Кир себе попросту не простит.