- Смотри, какой красивый цветок я тебе сорвал, мой любимый Кир, – сказал маниакальный великан, преподнося окровавленный скальп мёртвого мальчика-зверолюда. Безумный канонир преподнёс Кусок окровавленной кожи с зелёными волосами. Изнасилованный и униженный целитель, изображающий из себя безвольного наркомана, мог лишь попятиться, подальше от такого «подарка» в руках Буллета.
- Э-э… Н-нарк…ко…та… – перепугано произнёс Кир, чувствуя, его нагая спина прислонилась сырой стене пыточной, где и происходило «свидание» двух героев. Его не страшила своя судьба, но подобное проявление бессмысленной жестокости приводило юношу в ужас. С течением времени Буллет становился всё более и более жестоким, и теперь всё дошло до того, что тот прямо на глазах у Кира изнасиловал мальчика, оторвал с ещё живого ребёнка скальп, и только потом свернул ему шею, и всё это от начала и до конца сопровождалось ужасными криками боли. Он звал папу и маму, но они так и не пришли к нему на помощь. После такого отвратительного зрелища ненависть захлестнула целителя. Ему было уже плевать на философский камень, он только хотел убить это порождение ада, сейчас, ещё немного, ещё пара шагов, и одно касание к безумному великану уничтожит его, однако…
- Что такое? Кир, любимый, тебе не нравится? Не нравится мой красивый цветок? НЕ НРАВИТСЯ?! – выкрикнул Буллет, выпуская из рук свой «цветок». И когда уже Кир намеревался броситься на него, то лицо юноши встретилось с тяжёлым сапогом. Мозг героя получил сотрясение, а каменная кладка за его затылком покрылась трещинами. Обычного человека такое убило бы на месте, но не его. Жизнь так и не покинула Кира. Самым страшным было то, что это – только начало. Герой пушки схватил голову юноши, и…
- ПОЧЕМУ?! ТЫ!! МЕНЯ!!! НЕ ЛЮБИШЬ?!! – вопил Буллет, раз за разом вбивая затылок целителя в стену. – Я ЖЕ ЛЮБЛЮ ТЕБЯ!!! ЛЮБЛЮ!!! – во всё горло кричал безумец, которого подобное проявление жестокости настолько завело, что у него, после двух раз подряд, сначала с Киром, а потом и с этим, уже мёртвым, мальчиком, встал член. Он поднял целителя и что есть мочи ворвался в его задний проход.
- А-а… – простонал Кир. Он давно привык к боли, да и повреждения в мозгу давали о себе знать, поэтому движения темнокожего великана его не сильно беспокоили. Беспомощность, невозможность поднять руку, чтобы хоть немного исцелить себя – вот что его беспокоило. В нём даже не оставалось сил на одно-единственное касание.
- Кир! Любимый! Прими меня! Прими моё семя! – кричал Буллет, выпуская в Кира очередную порцию своих прогнивших генов, отдававших в юноше невыразимым отвращением. Наконец-то всё было кончено, но лишь сейчас. – Кир, ты отдыхаешь? Позволь я укрою тебя, да, укрою, – пробормотал безумец, накидывая на юношу грязную окровавленную тряпку, ещё больше усугубляя раздражение бессильного юнца. Канонир вытер свои руки платком из сумки и ушёл наверх, подальше из пыточной, оставляя целителя наедине с трупом, ещё недавно живого ребёнка, умоляющего о пощаде и зовущего на помощь своих родителей. Родителей, которых убили при налёте на караван беженцев. Он хотел поскорее очнуться от кошмара, заполучить философский камень и обратить время вспять, дабы предотвратить все эти зверства. Над собой и над ними. Но для этого нужно было встать, встать и пойти. Такая простая вещь, но тело не слушалось его, ведь в порыве маниакальной страсти психопат раздробил ему один из шейных позвонков. Осознав своё положение, герой хотел взвопить, но ни звука не выдалось из его глотки. Наступил полный паралич. Десять минут, полчаса, час, два, время, казалось бы, остановило свой ход для Кира. Никто не приходил за ним, никто не стремился ему помогать. И так бы он и остался лежать до момента гибели, если бы спасение не пришло, откуда он и не предполагал.