- А там не опасно? Демоны ведь страшные, – посетовала Фрея, видевшая демонов разве что на карикатурах и вдали вражеского стана, но последнее она помнила лишь малыми отрывками.
- Нет, что ты? Демоны от нас почти ничем не отличаются. Вот скажи, ты же понимаешь, в чём разница между зверем и чудовищем? – поинтересовался маг-целитель у девушки.
- Ну, они как звери, только предпочитают кушать существ с большой маной. Потому они едят людей, – сказала колдунья, пересказывая то, чему её обучил Киргот в начале их совместных путешествий.
- Правильно! Чудовища – это не более, чем животными с высоким запасом маны. Иногда они от него мутируют, иногда нет, но все они, так или иначе, имеют склонность к поеданию других обладателей маны, вследствие чего становятся сильнее. Каждый человек или нелюдь так или иначе обладает маной, в большем или меньшем количестве, а потому они являются вкуснейшей пищей для чудовищ, потому-то они на них и охотятся, – пояснил целитель двум своим девушкам, придерживая рептилию, дабы избежать казусов при одновременной езде верхом и разговоре.
- Угу, понятно, – произнесла Фрея, кивая в ответ полученной информации.
- А теперь следующий вопрос. Уже к Сецуне. Чем отличаются демоны от людей? Возьмём за пример твоё племя, чисто внешне вы мало чем отличаетесь от некоторых из них. Что те, что те всего лишь люди со звериными чертами. Эльфы, гномы и нелюди к категории демонов не относятся. Знаешь, почему? – вопросил маг-целитель у задумавшейся волчицы.
- Сецуна не знает, Сецуна просто с детства слышала, что демоны плохие и опасные, но чисто внешне так и не отличишь, – ответила девочка, опуская как свою голову, так и волчьи уши.
- Что ж, ты права. А ответ на самом деле прост. Демоны могут подчинять чудовищ. Каждый вид демонов имеет своих чудищ, которые способен приручить. Они-то, по некоей причине, и селятся в основном вокруг их деревень. Кто-то, утверждает, будто их на подсознательном уровне привлекают магические эманации таких демонов, которые потом вместе с ними охотятся. Симбиоз, одним словом. А люди-то и рады орать «караул, демоны, исчадья ада», просто потому, что они умеют то, что не умеют они, – рассказал юноша, вспоминая ту самую чернокрылую девушку, которую он убил ради того, чтобы взять судьбу в свои руки. Сражалась она в одиночку, и это несмотря на то, что за ней должны были идти тысячи видов разных демонов и чудовищ.
- Господин, ты, получается, тоже демон? – задала внезапный для героя вопрос воительница.
- Что заставляет тебя так думать? – спросил Киргот у девочки, не совсем улавливая её логики. Естественно, поведение целителя было более чем демоническим время от времени, но это не относилось к теме разговора.
- Ну, Сецуна назвала тебе своё имя, и теперь ты можешь делать с ней что хочешь. Люди подчиняют нелюдей, в которых есть мана. То есть люди – это демоны, – логически заключила волчица, проводя ясную параллель между отношениями людей и нелюдей и демонов с чудовищами.
- Пхахахахахаха! Я о таком даже и не подумывал! Крайне любопытная мысль! Люди называют демонов злыми и беспощадными дьяволами, а сами-то мы – то же самое! Да, это точно! Ха-ха-ха! – расхохотался маг-целитель, получая дополнительную монетку в копилку своей ненависти и презрения к роду человеческому. Взаимные войны, торговля своим братом и нелюдями, всепожирающая жадность, а теперь ещё и новое проявления лицемерия.
- Господин Киргот, Сецуна не понимает твоего чувства юмора, – призналась девочка, склонив голову в непонимании.
- Нет, ну ты сама подумай. Люди сами занимаются таким, а ещё демонов в чём-то винят! – пояснил свою позицию герой. Была, однако, ещё одна причина боязни людьми демонов. А именно, каждый из них в два-три раза сильнее обычного человека, но организация в королевстве демонов, которое так-то конфедерация разных рас, управляемая самым сильным демоном, всегда хромала, что позволяло более многочисленным и организованным людским королевствам на равных с ними сражаться. Где не брала сила, там приходила на помощь тактика. От этих размышлений героя отвлекло ощущение, как к его спине прижалась пара мягких грудей Фреи.
- А вот я не против, чтобы вы мной покомандовали. В последнее время у нас совсем не было этого. Вы даже не представляете, как трудно было играть эту вашу принцессу Флер, я хочу немного любви! – произнесла колдунья, для которой возвращаться к своей прошлой жизни было не самым простым делом. Получалось у неё прекрасно, но слишком уж многое ей приходилось делать будто впервые, да и не любила она этот облик. Как и Кирготу облик Кира напоминал о худших моментах его жизни, так и ей облик Флер напоминал девушке о вьющейся ненависти в глубине её сердца, которую она всеми силами подавляла время от времени, благо в этом ей очень помогало внимание героя.