- Давай. Ты этого заслуживаешь, – произнёс он, разделяя беспокойство девушки. Его слова уже ничего не значили, но он должен был их сказать. В костёр своей ненависти она забросила что-то важное, что-то незаменимое. Она вступила на одинокий и болезненный путь возмездия, и на этой тропе королевне требовалась помощь, которую маг-целитель готов был оказать в полной мере. А пока человек как только мог поддерживал демоницу, божество хвори расправило крылья, дабы высвободить свою легендарную мощь.
Глава 14 – Объятья боли и любви
Деревня Висоф, объятая языками пламени, была переполнена уродами, монстрами и просто ублюдками. Их разномастный внешний вид не имел никакого отношения к этим эпитетам, ведь черны были их души. Они грабили пожарище и хохотали от выполненного практически без потерь приказа. А с неба на них взирали две пары очей на голове сверкающей белой птицы, что изо всех сил нагоняла своими крыльями божественное отмщение. Магические потоки были столь могучи, что демонам только и оставалось, что обратить свои взгляды ввысь, откуда вскоре пошёл снег. Отнюдь не обычные холодные хлопья это были, нет. Фиолетовые комки несли только одно – смерть. Земля наполнилась ядом, и что демоны, что их ручные чудовища с душераздирающими криками попадали замертво. Маг-целитель на себе прочувствовал эту сверхъестественную отраву. Его телу, что могло вмиг выработать иммунитет против любой хвори или токсина, только и оставалось надеяться на героические заклинания исцеления. Демонов это тоже касалось: какой бы сильной ни была их устойчивость, как бы хорошо их звери не сопротивлялись ядам, все погибли. Один за другим. Узрев полную мощь Каладрия, Киргот понял, что тот снег был ничем иным, как проверкой. Желала бы птица его смерти, то ни мраморные домики, ни Георгий ему бы не помог. А светлые крылья всё нагоняли и нагоняли чуму. Ева, взиравшая на всё это свысока, нервно подрагивала, лицо её было наполнено одновременно грустью и презрением, и эти эмоции вовсю выражались в пурпурных осадках.
- Невероятно, – восхитился юноша, приобнимавший свою сребровласую королевну. Сотни трупов, и даже попытки уйти под соломенные крыши успехом не увенчались. Фиолетовый снег, когда касался земли, превращался не в воду, но в ядовитый газ, который не давал и шанса на выживание. Пускай и действовал самую малость дольше. В конце концов, они имели дело с божеством хвори и смерти, что однажды уничтожило так целое королевство. Что молодой человек, что его любимые, лишь наслаждались видом, как подонки, посмевшие напасть на добрых чернокрылов, умирали без надежды на спасение.
- Эх, вроде и нечему радоваться, но их сила нам очень пригодится, – заметил герой, чей уровень мгновенно взлетел уровней так на пятнадцать. Каждое такое событие сопровождалось эйфорией, но сейчас сия радость не могла вытеснить горя из-за разрушенной деревни. И даже так, вся эта снежная бойня, несмотря ни на что, имела два важных последствия. Первое: компания узрела всю ту мощь, что была дарована королевне, и с которой можно подготовиться к схватке с королём Хакуо. Или вовсе убить его этим же снегом. Второе: погибшие были отмщены. Киргот любил эти добрые души. Не притворялся, не врал, ведь и то тепло, с которым его и его спутниц там приняли, было отнюдь не ложным. Да, пускай они и пробыли там всего три дня, но и это время было незабываемым. А их убийство? Нет, такое не простить. Такое прощать нельзя. Глубочайшая ненависть и боль – вот и всё, что двигало Евой.
- ЕЩЁ! БОЛЬШЕ! УБИВАЙ!!! – вопила сребровласая девочка, чьи ухоженные локоны растрепались от ветра. Мщение обходилось для неё вовсе не так просто, как могло показаться на первый взгляд. Для снегопада требовалось титаническое вливание маны, с чем ей помогал молодой человек, отдавая свою. Но если бы всё было так просто, волноваться было бы не о чем. Вместе с ней из тела Евы уходила ещё и жизненная сила… Вместе с чем-то даже более важным. Чернокрылая болезненно сжимала зубы, но не прекращала поддержку Каладрия. Но это не могло длиться вечно, и она потеряла сознание прямо в руках Киргота, достигнув своего предела. Посох выпал из её рук, и Фрея аккуратно подобрала его с пернатой спины.
- Хм, хозяйка пала, а значит, моё существование здесь долго не продлится, – промолвила белая птица, устремляясь к земле. – Ваши враги побеждены, малютки, защищать больше некого. Разве что на севере остаётся горстка крылатых сородичей. Торопитесь, – посоветовала вестница чумы сходившим с её спины. А затем и она, и её фиолетовый снег, исчезли, будто их никогда и не существовало.
- Север, да? – произнёс маг-целитель, всматриваясь в густые леса. Там-то и находились последние выжившие, и их наверняка преследовали. Наверняка несколько детей, ради которых взрослые пожертвовали жизнями в бессмысленных попытках отразить наступление. А затем Киргот перевёл взгляд на Еву, бессильно лежавшую в его руках. Он попытался залить в неё зелье через поцелуй, но зелёная жидкость банально вылилась у неё изо рта. Но юноша не унывал, решив применить своё основное дарование – исцеляющую магию.