- Эй, гнида, теперь видишь?! – крикнул воин, надрезая горло одной из заложниц.
- Ну, вижу. И что теперь? – поинтересовался Киргот, идя на переговоры. Да, он мог броситься в атаку и хоть насквозь пронзить одну из девочек без смертельных для неё последствий. Или же убить демона Георгием и сразу же исцелить их вспоротые шеи. В конце концов, можно было подстрелить его стрелой света. А можно было сдаться, и тогда умрут все и сразу, варианты подобные этому стоило сразу отметать. Что же до первого, то юноша как никто другой знал, как больно, страшно и мучительно переживать предсмертную агонию, и никому из крылатых девочек испытать подобное он не желал.
- Ты тупой?! Бросай сабельку и на колени, пёс! – потребовал крылатый фехтовальщик, готовый уже убить всех.
- Тогда ты их отпустишь? – спросил юноша, прозирая множество вариантов развития событий. Среди них был один весьма болезненный и весьма радостный. При этом шли они один за другим.
- Коне-е-ечно! – соврал саблист. Киргот знал, что его подстерегает в кустах, а потому, вместе с тем как он выбросил свою саблю, маг-целитель посредством касания направил все свои силы в крепость тела. Затем, как он и предвидел, на него напрыгнула целая свора огромных летучих мышей в попытках разорвать героя насмерть.
- ПХА-ХА-ХА-ХА-ХА-ХА! Дебил! Жалкий человечишка! Сдохни, сука! Эй, я выполню обещание, шлюшки не сдохнут! У меня на них другие планы! – возвестил демон, ожидавший, что вот вот, и пять его ручных чудищ съедят неприятеля заживо. Однако последний подготовился, благодаря чему те даже кожу пробить не могли. Но долго так продолжаться не могло. Вскоре маг-целитель ещё раз преобразовал себя, на этот раз обращаясь в чистого мага. Защита пала, летучие мыши начали вгрызаться в плоть, глаз Георгия был закрыт ради экономии маны, однако Киргота всё это не волновало.
- Saltare et aurugine ventis! – произнёс он, возвышая руки к небу. Огненный шторм – таким было заклинание четвёртого круга стихийной магии. В итоге, вокруг героя образовалась высоченная пламенная воронка, унёсшая с собой в небеса сразу всех чудовищ разом. Ну а когда полымя исчезло, больше некому было закрывать раны своими зубами и когтями, а потому началось обильное кровотечение, которое герою пришлось закрывать самостоятельно своей дрожащей рукой. Если бы его концентрация хоть на миг дрогнула, если бы он заикнулся от боли во время произнесения магических слов, если бы не удалось вознести руки, если бы он потерял сознание от кровопотери – пиши пропало. Слишком много «если», что грозили смертью. И вот, паникующий демон уже хотел полоснуть девочек по шеям своей саблей, но прежде чем он мог даже пошевелить мускулами, магический луч огромной силы превратил его голову в кучу кровавых ошмётков. Всё случилось именно так, как Киргот и предвидел. Ева, остававшаяся вне зоны видимости демонов, сумела издалека подстрелить трусливого подонка, прикрывавшегося детьми. Для этого требовалась огромная концентрация и сила духа, ведь если бы её палец сдвинулся хоть на миллиметр, можно было подстрелить девочек, и тогда даже герой исцеления не мог бы ничем помочь. Это не могло не давить на психику, и всё же, королевна справилась. А значит, надо было потом наградить её. Больше ни демонов, ни чудовищ не оставалось, а потому маг-целитель помахал скрывавшейся в кустах королевне, дабы та шла к нему. Ну а пока она выходила из своего укрытия, предстояло спасти девочек от уже окоченевшего трупа, бездвижно державшего свою саблю. Оружие юноша вырвал, а тело спихнул на спину. В ту позу, в которой ему и предстояло сгнить и насытить землю. Георгию же, как и резному глазу, больше нечего было делать в этом мире. Пока…
- Всё хорошо, плохих дядей и тёть больше нет, – улыбчиво заявил молодой человек, исцеляя надрезанную шею одной из девочек. Той самой, что подарила ему ожерелье. Киргот старался выглядеть положительно, однако же, чернокрылые расплакались, прижимаясь к его телу. Раны мага-лекаря зажили, но вот кровавые следы и местами подпорченная одежда всё так же напоминали о недавнем побоище. Но как бы ни хотелось герою расслабиться и подумать, что делать дальше вместе с подошедшей к тому с раптором Евой, оставалось ещё одно дело, не требовавшее отлагательств. Мил, отчаянно защищавший девочек, теперь лежал на земле с множественными резанными ранами. Целитель попытался заживить его раны, вернуть к жизни, но…
- Киргот, что ты делаешь?! Быстрее, дедушка Мил умирает! – крикнула подбежавшая девчонка, тряся его за плечи. Но тот лишь молча покачал головой. Доброго старика спасти он так и не сумел.