- Ах ты ж! Куда!.. – произнёс юноша, хватая пушистую диверсантку за шкирку прежде, чем она смогла разбросать самодельные принадлежности со стола. – Фух… На, держи это животное, – приказал юноша, отдавая пищавшего от невыполненной пакости питомца Элен.
- Спасибо, братик. Это же зелье маны, правда? – поинтересовалась бывшая полководица, поглаживая лисичку под подбородком.
- Ну да. Если я всё делаю правильно, у нас получится именно оно. Перманентное, – заявил маг-целитель, для которого это был совершенно новый опыт. Не каждый день была возможность поработать со скорлупой божества.
- Здорово. А для кого? – задала ещё один вопрос девочка, прижимая тёплый комок шерсти к своей щеке.
- В принципе, оно всем пригодится. В том числе и тебе, – выговорил молодой человек, немного снижая силу горелки.
- Правда? – обрадовалась Элен, почёсывая лисе животик. Впрочем, своевольное создание больше не желало ласки. Нет, оно хотело помешать хозяину приготовить зелье из скорлупы своего же яйца.
- Конечно… – но не успел он закончить, как пришлось ещё раз хватать животинку, что на этот раз пыталась выкрутить горелку на максимум. – Ах ты ж! Ещё раз помешаешь мне, останешься голодать! – крикнул герой, потряхивая лисичку. Он держал её за шкирку и уже не знал, что делать с этим рыжим чудом.
- Братик, за что ты так с ней? – взъелась розововолосая, которую уже пленило очарование маленького пушистого божества. Юноша не обижался, но позволять комку шерсти делать, что ему было угодно, он не хотел.
- Гхх… Эта дрянь чуть не испортила мне тут всё, – начал было злиться маг-целитель, смотря прямо в бесстыжие красные глаза. – Что смотришь? Ах ты… Иди сюда, моё маленькое обманчивое нечто, – Киргот прижал питомца к себе и начал беспощадно чесать и щекотать наглую рыжую бестию. Она была столь мила, что злиться на неё было практически невозможно.
- Господину нравится, – довольно заметила подошедшая к столу вместе с остальными Сецуна.
- Даже Киргот не устоял, – съязвила сребровласая королевна, наблюдая, как, казалось бы, жестокий обездоленный человек просто-напросто нежился со своим питомцем.
- Вы уже придумали ей имя? – поинтересовалась волшебница, которая и сама была не прочь поласкать животинку в руках любимого.
- Завтра подумаю. А пока что буду называть тебя «мелкая пакость», – сострил юноша, ловко убирая палец из-под челюстей лисички. Он практически не сомневался, что она всё понимала из того, что они говорили.
- Киргот, такой Киргот, – проговорила дрыгающая ногами чернокрылая, переводя всё в шутку.
- Ха-ха… Ой-ой, чуть не перегрел. Теперь отправим это в склянки и до завтра оно должно настояться. Тут всем хватит, – сказал маг-целитель, который за щекоткой лисички чуть не испортил бесценное зелье. Пушистое чудо оказалось отпущено восвояси, и, не найдя ничего лучше, поскакало доедать мешок с мясом.
- Чем это таким ты хочешь отравить нас? – вопросила крылатая девушка, принюхиваясь к пахнущему кориандром голубоватому вареву, которое молодой человек разливал в небольшие флакончики. Получилось пять, и каждое из них могло повысить магическую энергию на десять-одиннадцать единиц.
- Одной весьма любопытной штукой. Иди ко мне, – произнёс герой, которому в этой атмосфере предательств, скрытых альянсов и всепоглощающей тьмы хотелось чего-то простого – например секса со своими возлюбленными. Маг-целитель схватил её вместе с Фреей и повалил на свою кровать. Желание диктовало ему как можно быстрее взять чернокрылую красавицу. Практически невесомое платье с левитирующими кольцами живо отправилось на землю, и юноша прильнул к грудям шокированной от столь резкого поворота королевне. Но не только Ева оказалась во власти его загребущих рук – пуговички на корсете героини магии тоже сдавались одна за одной, пока не обнажилась внушительная грудь бывшей принцессы. Молодой человек посасывал налившиеся кровью соски сребровласой красавицы, одновременно с этим лапая внушительные формы розововолосой девушки. Надо ли говорить, как же возбуждала Киргота безграничная власть над этими двумя благородными девами? Штаны его распирало от эрекции, а одежда героя так и просила побыстрее себя выбросить, с чем ему помогли две его любимые игрушки. Первой в пламени страсти начала гореть Ева – её Киргот хотел первой, ведь именно она была так долго им желаема. После недолгих прелюдий пальцами, в узкое лоно королевны проник до боли налитый кровью член. Чернокрылая стонала от радости, экстаза, близости со своим любимым защитником, даже если вся его галантность была лишь маской, а забота – средством получения симпатии к своей неоднозначной персоне. Киргот был увлечён лежащей под ним девушкой, и для него будто бы ничего больше не существовало. Ни мастурбирующей рядом Фреи, ни втихую поедающей запасы копчёного мяса лисички, ни решивших проблему недостатка внимания лезбийской близостью Элен с Сецуной. Только одно было перед глазами мага-целителя – расплывающееся в слезах удовольствия из алых глаз лицо его возлюбленной королевны, которое то и дело удостаивалось страстных поцелуев. Сколько они так провели? Пять минут? Десять? Двадцать? Время будто перестало для них существовать, настолько они растворились друг в друге. Пока наконец молодой человек не почувствовал в своём, раз за разом продиравшемся к самым сокровенным глубинам прекрасной демоницы мужском достоинстве тёплый поток. Уши его ласкал голос сребровласой красавицы, что раз за разом произносила его имя, ставшее ему таким родным. «Киргот» – всего лишь один новый слог, которым оно полностью перекрывало старую личность. Вскоре наслаждение стало таким непереносимым, что герой только и мог, что закрыть глаза, чувствуя, как его сперма вытекала в уже неоднократно протёкшее на белоснежные простыни лоно королевны, что от такого напора только и могла, что потерять своё сознание.