- Чёрт! Надо же было такому присниться! Старый я, старые травмы! Чё-ё-ёрт… – устало простонал Киргот, проснувшийся в ужасном поту. Он видел много кошмаров. Некоторые были просто страшными, некоторые лишь разоблачали дни минувшего будущего, некоторые показывали мрачный вариант будущего, но этот был для юноши самым трудным.
- Доброе утро, господин Киргот, – произнесла Сецуна, облачённая лишь в нижнее бельё, отвлекаясь от своей утренней рутины.
- Доброе, – ответил маг-целитель, стирая холодный пот со своего лба. По правую руку мирно спала Ева, а по левую – Фрея, обе нагие. А вместе с этим подушку с ним делила хитрая лисичка.
- У вас пот, и лицо синее, – обеспокоилась волчица, прикладывая свою ладонь к холодной щеке своего любимого господина.
- Просто плохой сон. В котором я видел самого ненавистного мне человека в этом мире. И это не всё. Только представь, передо мной появился я, который сказал мне, мол он – это не я! Что он не хотел становиться мной, – с отвращением признался молодой человек. Этот сон гораздо сильнее откликнулся в сердце Киргота, чем он мог предполагать. Или хотел. Неужели в нём остались сомнения? Неужели он в чём-то не прав?
- Даже если во сне ты себя ненавидишь, Сецуна тебя любит. Ты спас Сецуну, любишь, заботишься, полагаешься на Сецуну. Если бы не господин, Сецуна бы умерла. И не только Сецуна, Фрея, Ева, Элен – все тебя любят. Значит, ты хороший, – приободрила его воительница, для которой он был всем. Да, Киргот не был образцом собранности, героизма и воина с добрыми побуждениями. Но если бы не его преобразование, Сецуна бы умерла в темнице, Еву схватили бы свирепые быки, Флер никогда бы не раскаялась, а Норн погибла бы в заранее обречённой попытке переворота. Да, Киргот не был самым лучшим человеком в мире, но было в его делах и что-то хорошее. Что-то хоть немного светлое. Возможно, хоть в этом мечта Кира помогать другим сбылась.
- Спасибо. О, у меня есть идея. Я приготовлю нам пирог. На этот раз яблочный, мой особый, – произнёс юноша, вставая с кровати. Уже не первый раз Сецуна спасала его, и за это он хотел её отблагодарить.
- Угу. Сецуна ждёт. Прошлый был очень вкусный, – ответила воительница, поднимая уголки своих губ в добродушной улыбке.
- Рад, что тебе понравилось, – выдал он, сливаясь с девочкой в страстном поцелуе. Она так и не получила семени в свой рот, но это предвещало только большее удовольствие для них обоих. Киргот опёр волчицу о стену и ворвался в её влагалище, такое тёплое и влажное от одного только предвкушения их близости. Маг-целитель раз за разом врывался в неё, будто завтра не наступит. К сожалению, это было гораздо меньшей метафорой, чем того хотелось молодому человеку. Практически каждый их день был наполнен опасностью и неуверенностью в завтрашнем дне. И только сны при всей своей эфемерности были истоком истины. И что-то подсказывало терявшему себя в оргазме герою, что вскоре они с Буллетом встретятся вновь.
Глава 22 – Тьма и страсть
В дворце Столицы Джеорала находилось два зала аудиенций. Основной, тронный зал, сейчас пустовал, зато вот скрытая за магическими печатями палата ждала своего весомого гостя. Все, кто знал об этом помещении были либо ликвидированы, либо им промыли мозги. Оно довольно нечасто использовалось, и даже принцессы Флер и Норн были здесь лишь несколько раз. И вот, огромная адамантитовая дверь открылась, дабы впустить темнокожего священника и двоих сопровождавших его рыцарей. Стоило им лишь переступить порог, как врата захлопнулись, а поверх них активировался ещё и магический барьер. Только члены семейства Джеорал могли активировать отпирающее заклинание, и ни звука не проникнет наружу, какие бы ужасы не творились внутри. Любой бы запаниковал, оказавшись внутри, но только не он. Крепкий мужчина в шляпе и священнической робе лишь вежливо улыбался.
- Добро пожаловать, герой пушки Буллет, – поприветствовал гостя восседавший на троне морщинистый коронованный мужчина за сорок, пребывавший, тем не менее, в великолепной физической форме. Звался он Маргурт Рикил Джеорал – монарх названного в честь его рода королевства.
- Ваше Величество, давно не виделись. Прошу вас называть меня «святой отец», мне так будет удобнее, – проговорил канонир в небольших очках, лишённый своей внушительной серебряной пушки перед входом в комнату. Он был последним из оставшихся под прямым руководством короны героем. Сильнейшим из этих десяти видных людей, пожалуй. Обычно он скрывал свой выдающийся статус, предпочитая проводить время в своём прилегавшем к недавно построенной церкви Элдорана сиротском приюте. Буллет пользовался огромной популярностью, да и дети его любили. До определённого момента…