- Да, конечно, – сказал старейшина, позволяя Кирготу начать своё дело. Тот сел рядом с кроватью и взял забинтованную руку. Всё ради того, чтобы применить на Ляпис своё заклинание зелёного исцеляющего света. Впрочем, цель его была не в лечении. Для начала, юноша хотел немного покопаться в голове дочери Кэрола. Детство, обучение, болезненная смерть матери от рук агентов Хакуо, а потом началось самое интересное. В один прекрасный день Ляпис одолела страшная болезнь. И в будущем, долгие два года, ей то и дело поставляли новую дозу «лекарства», чтобы продолжить мучения несчастной. Так вот, что гонец приносил из Кинакрита – подумал Киргот. Так вот, это было не лекарство – это был нервнопаралитический яд, который и довёл её тело до такого состояния. Всё, что посылки от короля давали – немного заглушали страдания. На пару часов. Вся её жизнь была пропитана нескончаемой болью, и даже неуязвимый к ней юноша почуял, как на его лбу выступил холодный пот. Так оставлять всё было нельзя.
- Посмотрим, что я могу сделать, – выдал герой, делясь своей благой энергией с Ляпис. Он хотел помочь ей, но при этом и не потерять контроля над Кэролом. В конечном итоге, зелёная вспышка исцелила девушку. Почти. Но и этого хватило, чтобы зайчиха начала буквально кричать на всё поселение, ощупывая себя.
- Ляпис! Ляпис, что с тобой?! Урод, что ты с ней сделал?! – крикнул старейшина, схватив юношу за грудки. Услышав вой девушки, он плюнул на всё притворство и приличия. Чудо, что он и наставившие на героя клинки охранники ещё не бросились в бой.
- Для начала успокойтесь. И прежде чем угрожать мне, взгляните поближе на свою дочь, – вежливо предложил улыбавшийся юноша, указывая руками на Ляпис.
- Не надо, отец мой! Я вижу! Я здорова! – воскликнула значительно похорошевшим голосом зайчиха, дрожащими руками снимая повязку со своих исцелённых глаз. Кровь, гной и лимфа всё ещё покрывали её тело, но теперь их можно было банально смыть, откормить девушку, и она будет как новенькая. Кожа была практически как новая. Прекрасные алые глаза снова видели свет, длинные заячьи уши вновь покрылись мехом, а на голове отрасли светлые волосы.
- Ляпис… Девочка моя… – радостно простонал мужчина, не веря, что показывает ему монокль. Успех, наконец-то она была здорова.
- Я снова вижу твоё лицо, отец! Ничего не болит и не течёт! Зеркало! Принеси мне зеркало! Хоть раз за эти два года я хочу увидеть своё лицо! – попросила зайчиха. В комнате не было зеркал, ведь ещё до того, как яд убил её зрение, кожа на ней ужасно деформировалась. Но вот, наконец-то всё было хорошо, и красавица снова была прежней.
- Да! Да-а! Био! Зеркало, быстро! – приказал Кэрол, сдирая грязные бинты с головы своей любимой дочери.
- Да, старейшина. Держите, – сказала девушка, отдавая своё складное зеркальце.
- Это… Это моё лицо… Отец, я… – но дальнейшие слова Ляпис захлебнулись в её же слезах. Обнимавший свою дочь Кэрол и сам не мог их сдержать. И если герой и понял что из всей этой ситуации, так это то, что из старейшины звёздных зайцев сделали дурака, пляшущего на ниточках.
- Господин Киргот… Как?.. Как я могу отблагодарить вас? – вопросил отстранившийся от девушки мужчина, утирая слёзы под своим моноклем.
- Забудьте, я лишь делал свою работу, – как ни в чём не бывало произнёс юноша. Но на этом его слова закончены не были. – Есть разговор. О Ляпис и её состоянии. Только между нами, – мрачно прошептал маг-целитель, направляясь к выходу. Кэрол затем окончательно утёр свои слёзы и решительно поднял голову.
- Ляпис, поздравляю с выздоровлением. Био, Маркус! Немедленно подготовьте ванну для моей дочери, а потом накормите её. И… О, силы небесные, сожгите эту дрянную воняющую коробку. Идёмте, господин Киргот, – проговорил старейшина, приглашая молодого человека в свой особняк.
...
- Итак. Для начала, скажу, что болезнь вашей дочери не на ровном месте возникла, – сказал юноша, усаживаясь на то же самое место, где его приняли в первый раз, когда он только хотел договориться о проживании трёх девочек-чернокрылов.
- Что?! Как это понимать?! – вскрикнул Кэрол, изо всех сил стуча по столу. Так сильно, что на нём аж трещина пошла.
- Мы до этого ещё дойдём. Понимаете ли, мне так и не удалось излечить Ляпис полностью. Симптомы в ремиссии, но хворь всё ещё в ней. Если всё так и оставить, недели через две-три кожа снова воспалиться, горло будет раздирать, и Ляпис опять ослепнет, – поведал юноша, слегка улыбаясь. Всё это придумал он, дабы не отпускать мужчину со своего поводка. Его надежды на мгновенное выздоровление дочери обратились в прах.
- Тогда… Моя дочь… Моя девочка снова станет?..