- Я не против. А что твой отец говорит? – полюбопытствовал Киргот, отвлекая мужчину от его раздумий.
- Спасибо, что не забыли обо мне, господин Киргот. Я буду в своём кабинете. Так будет лучше для вас с Ляпис. И да, вы потом не зайдёте ко мне? У меня есть к вам дело, – произнёс Кэрол, лицо его было наполнено решимостью, а сердце – твёрдостью духа. И маг-целитель это ощущал.
- Да, конечно, – произнёс юноша вслед уходящему старейшине.
- Итак, я расскажу тебе об Эрике Широкие Штаны, – произнёс Киргот, доставая из памяти одну из северных историй. К счастью, в памяти молодого человека хранились бесчисленные архивы. Которые, к тому же, помогут развлечь барышню, не рассказывая о жестоких эпизодах с демонами.
- Ха-ха, а почему его так смешно зовут? – спросила Ляпис. Глаза её горели радостью и любопытством, а сжатые кулачки подрагивали от нетерпения у подбородка.
- А вот это уже интересно. Итак, жили-были три сына, старший Йофкель, средний Милок, и младший Эрик. И если остальным сыновьям достались от умершего отца поместье и лошади, то нашему герою достался всего-то один колун… – начал юноша рассказывать историю. А была она о том, как всего лишь один топор помог главному герою – нет, не победить всех врагов – а о том, как он пошёл странствовать, нашёл друга, они начали строить дом, а потом бороться за внимание воительницы Грунхильды…
Спустя два часа Киргот наконец-то вышел из комнаты Ляпис, пожелав той доброго здоровья, да хорошего настроения. По правде говоря, он не планировал так долго задерживаться у неё, но той хотелось ещё и ещё рассказов. Она им так радовалась, что не могла сдержать свой голос. И для машущего на себя своей же рукой юноши это чуть не обернулось сокрушительным провалом. Чистый незапятнанный цветок, ослеплённый сиянием первой любви – но безумие Киргота диктовало ему сорвать его, осквернить и выбросить. Но в отличие от некоторых, маг-целитель умел сдержать себя, и не пасть на путь разрушения. По крайней мере, с любимыми. А пока молодой человек думал о превалирующих тёмных сторонах своей личности ноги привели его в кабинет. Герой даже и не думал стучаться, или как-нибудь ещё дать знать о своём прибытии. Скрип двери отлично сделал это за него.
- О, господин Киргот, заходите, присаживайтесь. Позвольте отблагодарить вас, что вы спасли не только тело моей дочери, но ещё и вернули радость в её сердце, – произнёс Кэрол. Голос его – сталь, сердце – кремень. Твёрдая холодная решительность переполняла душу мужчины.
- Ой, да бросьте вы. Я ничего такого не сделал, – отмахнулся герой, пристально наблюдая за нервным тиком, содрогавшим монокль в правом глазу зайца.
- Нет, я не брошу. Вы знаете, сколько лет моя девочка уже не улыбалась? Даже до всей этой… истории. Вы спасли её. По-настоящему, – не унимался старейшина, благодарно пожимая руку благодетелю.
- Вы из меня уже какого-то мессию сделали, ей богу. У нас, впрочем, есть повод порадоваться, она идёт на поправку. Держите, это на следующую неделю, – сказал молодой человек, достав из поясной сумки очередные две колбочки с уже не совсем чудодейственными зельями. Впрочем, и вреда от них не последует.
- Спасибо огромное. Господин Киргот, мы у вас в неоплатном долгу, надеюсь, это поможет покрыть хотя бы малую его часть, – промолвил Кэрол, доставая из-под стола небольшую, но хорошо украшенную коробку. Предназначалась она герою-целителю. И стоило ему открыть её, как миру предстал небольшой амулет, в оправе которого был заключён сияющий светом ярких звёзд самоцвет. Но мало того, что он был красивым, так из него ещё и мана исходила, словно бы из точки пересечения миров. Это было национальным достоянием, не иначе.
- Не слишком ли много за обычное лечение? Вот так брать, и отдавать сокровище целого народа, – поинтересовался юноша, закрывая коробочку, которая сама по себе стоила баснословных денег.
- А вы сведущий. Это слеза звёзд. Наша самая сокровенная ценность, созданная ещё в эру богов. Оно и как обычная побрякушка дорого продаётся, но если носить её на шее, то ноги будут словно в сапогах-скороходах, а ветра будут отражать летящие в вас стрелы. По крайней мере, так говорят, – произнёс старейшина, в чьих глазах не было ни капли сожаления за расставание со столь значимой вещью.
- Бегать как ветер и повелевать бурями. Хм, у меня как раз есть кое-кто, кому бы это понравилось. Но всё-таки, зачем? – вопросил юноша, присваивая себе то, за что и пару-тройку городов сжечь было не жалко. Элен как раз такое пригодится для выживаемости. Теперь маг-лекарь ждал ответа.