- Здравствуйте, Кэрол, – поздоровался маг-целитель. Первым, что вдарило ему в нос был неприятный запах урины. Видимо, на бывшего старейшину всем было совершенно наплевать.
- И вам, не хворать, герой-целитель, – улыбчиво ответил заяц, разминая плечи. Насколько это позволяли оковы.
- Вижу, вы в добром расположении духа? А мы как раз убили короля. Не без помощи вашей дезинформации, – произнёс маг-целитель, краем глаза подмечая, как Ляпис встала по правую сторону от него.
- Вот как? Значит, мерзавец сдох. Спасибо вам, господин Киргот, теперь я могу упокоиться с миром, – умиротворённо произнёс мужчина. «Наконец-то всё кончено» – кричала каждая морщинка его вытянутого лица.
- А вот этого мне бы не хотелось. Видите ли, я оставляю вам жизнь. Война, может, и окончена, но вот сопряжённые с её окончанием трудности только начались. Ева неопытна, ей нужен советник. Я им быть не смогу. Я – головорез, а не политик. И лучшей кандидатуры, кроме вас, Кэрол, я просто не знаю, – начал Киргот, взывая ко всему своему ораторскому мастерству. А вместе с тем, вместо тысячи слов, из конопляной ткани выкатилась фальшивая голова.
- Ясно. Я рад, что вы такого высокого мнения обо мне, но я должен отплатить за свои грехи. На моей совести не один и не два трупа. Не думаю, что будет правильно, если я просто начну жить беззаботной жизнью, – произнёс бывший старейшина, опираясь на ответственность в своём решении.
- Правильно можно только жопу мыть! Подумайте, Кэрол, в чём смысл вашей смерти? Хотите сыграть в мученика? Напоследок потешить своё эго? – напирал на него герой, присев на корточки.
- Послушай его, отец! Пожалуйста, живи! Ты нужен леди Еве! – воскликнула Ляпис, нежно прикасаясь к плечу мужчины.
- Вы – жестокий человек, Киргот. Я понимаю, что никого не обрадую своей смертью, но что ещё я могу сделать? – спросил заяц. Маска упала с его лица, и вечный оптимизм сменился невыразимой усталостью. Наконец он позволил себе проявить слабость. Всё-таки, он продал своих ради спасения дочери. И сам мужчина был на пределе.
- Жить. Или же вы хотите бросить своих товарищей и соплеменников? – укоризненно спросил герой-целитель, укладывая руки на плечи демона.
- Как это понимать? – растерялся мужчина, не в силах смотреть в решительные глаза мага-лекаря.
- Вы ведь не дурак, сами должны понимать. Во-первых, посмотрите на Ляпис! Сегодня мне пришлось спасать её от изнасилования! Очередного! Думаете, это то, что она хотела от вашей жертвы? – звучно вопросил юноша, активно жестикулируя. А вместе с тем он подметил, как зайчиха изо всех сил пыталась скрыть свою дрожь. И только когда её любимый погладил её по головке, она успокоилась. Но на этом речь не была законченной.
- И это ещё не всё. Ева стала королевой, но у неё нет того, что позволит ей вести других! Она всего лишь ребёнок, она не знает, как работает этот жестокий мир! Ей пришлось втянуться в эту проклятую бойню за трон, ведь другого выбора у неё не было! Она не выживет в мире жестоких интриг и подковёрных игр! Ни о каком мире не может быть и речи! Если всё так и оставить, недолог тот час, когда её убьёт кто-то вроде меня, или прирежут свои же. Что бы с ней ни случилось, крови прольётся даже больше, чем при Хакуо – я это вам гарантирую! – воскликнул Киргот, открывая жестокую правду. В геноциде демонов в прошлом мире виноваты были не столько герои вместе с Норн, сколько неумелое руководство сребровласой, которая так и не смогла объединить всех для защиты родины, а вместо этого использовала Каладрия во внутренних стычках. А потом стало слишком поздно…
- Понимаю. Боюсь, я уже и не знаю, кто из чернокрылых мог бы ей помочь. А она… О боги, да она же просто девочка, на которую свалилась власть. Ха-ха, бери и верти ей, как хочешь, – расценил мужчина, и попал он прямо в точку.
- Вот видите, Кэрол? Ей нужен кто-то вроде вас. С ней заодно вы сможете наконец-то привести эту химеру из стран к миру и процветанию. Я же вижу, вы на это способны. Выбирайте, Кэрол: безответственная смерть, в которой вы бросите всех своих союзников? Или же жизнь? Да, трудная, да, болезненная, зато мы достигнем единства! – провозгласил маг-целитель, разводя руками. Ну а старейшина, в свою очередь, лишь слегка улыбнулся. Это не было лицо сдавшегося, но взамен перед Кирготом и Ляпис предстала решительная личность. Затем он поднял лицо и закрыл глаза. Он думал, размышлял, медитировал… ждал. И вот, спустя полминуты, Кэрол открыл рот.