- Фух, занимательно. Но у меня тоже есть, чем удивить тебя, Фрея, – заверил юноша, подтягивая к себе магией воздуха один из своих афродизиаков. Убедившись нефритовым глазом, что он безопасен, молодой человек откупорил сосуд и залил его себе в рот, чтобы тут же поделиться им с волшебницей через поцелуй. Её глаза заслезились, а дыхание стало прерывистым, однако всё так и должно было быть…
- Лорд… Киргот… Хаа… Я вас… хочу… – сквозь стоны выговорила девушка. Та ухмыльнулась и повалила юношу на спину, рядом с Клехией, чтобы залезть на него и начать отплясывать дикие танцы безумного вожделения. Маг-целитель и сам оскалился, да вцепился в бёдра Фреи: мясистые и приятные. Ещё миг, и его рука дёрнула на себя её затылок и они сплелись в сумасшедшем поцелуе, что длился чуть ли не десять минут. Лизали, любили и буквально дышали друг другом. Киргот знал все её слабые точки, да и она успела заучить их у любимого.
- Мой лорд! Скоро я!.. – простонала героиня магии, прогибаясь в спине. Всё её тело пронзали спазмы, от которых молодой человек, конечно, радовался, но был ещё один способ сделать колдунье приятно…
- Хе-хе, я знаю, – сказал он, звучно шлёпнув героиню по её сочной заднице. Один, два, три – с каждым разом она кричала только громче и громче, пока, наконец, не забрызгала живот Киргота и не упала к Клехии. В этот раз он смог сдержаться. Для Элен. Та с Сецуной всё это время провела на краю кровати, вылизывая друг друга.
- Так-так, я вам не мешаю? – ехидно спросил Киргот, подползая к девочкам, его взгляд приковала к себе гладкая попа розововолосой.
- Братик, мы!.. АХ! – не успела она договорить, как герой вонзил член в её лоно, прямо над лицом удивлённой волчицы. Теперь на неё капали не только соки принцессы, а ещё и капельки семени, которые она вовсю ловила.
- Я не говорил прекращать, – заявил маг-целитель, рукой поднимая голову Сецуны к промежности «сестрёнки». А другой он направил Элен ублажать воительницу. Все должны были так или иначе получать удовольствие. А пока Киргот вовсю занимался младшими, к нему тут же подкрались героини, дабы похитить по поцелую…
- Пф, животные, – выдала Алла, в сторонке поедая телячьи языки. Её всё это буйство страсти не волновало. Мясо – вот где лежало её сердце, особенно, если оно хорошенько прожарено. Была такая слабость у богини, и отказываться от неё она явно не намеревалась. И как хозяин смог довести всех четверых девушек до довольного обморока, так и лисичка умяла целый килограмм купленных ей лакомств. Затем она прямо на столе укуталась в свой хвост и уснула, будто ничего в мире её не беспокоило.
...
Киргот не спал. Он хотел заснуть вместе с бережно накрытыми одним одеялом девушками, но его страшило то, что он обнаружит в своих сновидениях. Именно поэтому нагой герой, бережно поцеловав каждую любимую, встал с кровати. Тихо, чтобы не разбудить их. Он теперь проводил время за алхимией. В наспех снаряжённых алхимических инструментах он варил свой небольшой магнум опус – любовное зелье. Нет, не то из волшебных россказней, настоящее. Оно должно было вызвать ужасный выброс дофамина, серотонина и эндорфинов в кровь. Здесь ему помогали экзотические травы, которые он нарвал по пути в Кинакрит. Всё это было нужно для того, чтобы создать иллюзию влечения. А вместе с тем он подмешал туда своего афродизиака. В относительно безопасной дозировке. Это варево не должно было использоваться на его девушках, но вот для вербовки, или, например, развлечений – вполне. Когда из самодельного перегонного куба отвар всё-таки отправился в склянку, юноша встал у окна. Вид сумеречного города навевал одновременно ностальгию и сладкую тоску. По времени, когда враг ещё не оказался злым богом, а герой пушки был лишь человеком. Когда не приходилось ставить свою жизнь на карту древнего непонятного ритуала.
- М-м… Лорд Киргот? – спросонья вопросила колдунья, неторопливо вставая с кровати. Благо, находилась она с краю, и будить обнявшихся Элен с Сецуной, либо же спавшую по другую сторону постели Клехию, ей не придётся.
- Фрея? Ты не спишь? – спросил в ответ молодой человек, разворачиваясь к заклинательнице.
- Мне приснилось, что вы несчастны, – призналась девушка, всматриваясь в глаза любимого. Но увы, вместо алого сияния в лице героя она видела лишь темень.