- Ваш чай, Ваше Высочество, – произнёс темнокожий мужчина, он принёс девочкам заваренный напиток, наполнил кружки из чайника и раздал два фарфоровых стакана. Но, к сожалению…
- Спасибо, Джон. А теперь постой за дверью, пожалуйста, – ...они не были настроены на мирное чаепитие. И полководица заранее отослала адъютанта за дверь.
- Почему ты так поступила с ним? – спросила волчица, прищурено наблюдая за подругой. Она, несмотря на свою манеру речи, глупой отнюдь не являлась. И о том, что им рано или поздно предстоит этот разговор, догадывалась ещё с тех самых пор, как маг-целитель привёл ей завоевательницу из Браньки. Но ей до последнего хотелось верить, что она так и останется хорошей невинной девочкой.
- Для начала, давай успокоимся, и поговорим по-человечески, – сказала розововолосая, поднимая чашку душистого травяного чая. Увы, волчица в нём заинтересована не была.
- Сецуна не человек. Отвечай, почему? – потребовала Сецуна, напряжённо двигаясь на диване по левую руку от серого кардинала. И последняя решила больше не увиливать.
- Почему? Хм, я не помню. Из того, что я выяснила, я пыталась выманить Кира, а потом побольнее ранить его. Я не знала, что всё так обернётся. Похоже, я даже не знала, что он был там – отличная стратегическая работа, ничего не скажешь, – посетовала Элен, про себя посмеиваясь над своей же неудачей. Сначала она упрямо игнорировала появление сестры, потом – не провела должной разведки на месте, понадеявшись на силу Соколиного глаза, даже когда у неё пропал герой. Сейчас только и оставалось, что хвататься за голову.
- Что ты добилась его слезами, Элен? Или Норн? – поинтересовалась охотница, не отрывая взгляда от изумрудных глаз подруги. В каком-то смысле даже сестры. Лишь бы они не стали врагами.
- Лучше Элен. Как выяснилось – лишь своего поражения. Кир сказал, что его друга убила одна психопатина. Полагаю, это он обо мне. Ты думаешь, я не задавалась вопросом, почему я ещё жива? Почему сестра, несмотря ни на что, для него такая любимая? Потому что она выпросила? Или потому что есть ещё что-то? Я не знаю, – поведала вторая принцесса Джеорала, укладываясь на заполненный бумагами стол.
- Фрея… раскаялась. Сецуна слышала. В гостинице, сразу после…
- После того, как он нас обеих отымел, чтобы избавить меня от предрассудков? Кому скажи – не поверят, – Элен прервала подругу, устало опершись подбородком о деревянную поверхность.
Ты хочешь ответа, зачем всё это было, или что я буду делать дальше? – полюбопытствовала полководица, выпрямляя спину. Настало время собирать разбросанные камни.
- Всё рассказывай, – требовательно произнесла Сецуна.
- Хорошо. Я лишь пыталась служить этой стране – единственному, что у меня было. Теперь же… хм, теперь я делаю то же самое, но только для нового короля Джеорала. Да, Кир не король, но это лишь вопрос времени, когда люди потребуют от сестры отдать ему трон. Не думаю, что она будет так уж против, – вымолвила принцесса, накручивая на палец свой локон – признак её задумчивости и размышлений.
- Ты будешь подлизывать каждому на этом проклятом стуле? – разочарованно вопросила волчица, покачивая головой. А Элен же готовила контратаку.
- Смеёшься? Мне, в общем-то, безразлично всё, кроме вас: Кира, Фреи, Клехии, Евы, Аллы и тебя. Мне не нужен трон, не нужно это место, все эти бумаги, власть – единственное, ради чего я это делаю – потому что так хочет он. Он хочет, чтобы я называлась его «сестрёнкой» – пожалуйста. Он хочет, чтобы я привела это разбитое государство в порядок – с радостью. Он хочет, чтобы мы освободили нелюдей, чтобы тебе не пришлось терпеть это безобразие – угадай, кто готовит для этого почву? – решительно произнесла розововолосая девочка, и только под конец она заметила, как фальшивая улыбка дала слабину.
- Ты не сказала, зачем тебе это, – выговорила воительница, чувствуя, как её собственная враждебность отступала.
- Сецуна, ты вроде бы умная, но такая дура местами. Я люблю его – люблю этого несчастного больного человека, – призналась принцесса. Возможно, это всё – его наваждение. Возможно, чувства не настоящие. Она задумывалась насчёт этого, но ничего, это совсем не меняло дело. – Ты с ним дольше всех после сестры. Скажи, ты и правда думаешь, что с ним всё в порядке? – добавила Элен, решительно озадачив подругу. Та действительно не видела мстительную натуру господина как нечто здоровое. Но сказать это вслух… помогла Алла.
- Уаа! Нет, он псих-мстюн, который хочет только одного – видеть, как псих с большой бабахой сидит в яме, и всю жизнь мучается! С добрым утром, кстати, – заявила лисичка, пробудившись от своей сладкой дрёмы на столе.