- Ал… ла… – слабо выговорил юноша, прежде чем провалиться в сон. Сон, в котором его не ожидало ничего хорошего.
...
Лиса, дождавшись, пока усталость окончательно не свалит хозяина с ног, решила выбраться из замка. Прямо сейчас она, в своей звериной форме, сидела на кровати мага-лекаря. Нет, не спала, не отдыхала, даже мясной буфет не привлекал её. Она выжидала своего шанса. И вот, время пришло. Совершив эффектное сальто, очертившее завораживающий огненный круг, зверушка превратилась в девочку, выдохнула и начала колдовать. В первую очередь, она закрыла алые глаза и проверила себя – большая часть семени преобразилась в нечто иное, но это и не важно. В ней оставалось ещё очень много маны Киргота, ну а это – его можно будет и выбросить. Богиня сконцентрировалась и объяла себя своим же пламенем: белым, золотым, чёрным – феерия цветов смешалась в причудливые узоры, словно бы спираль из щупалец. Она начала, но теперь оставалось призвать отнятую силу. Сердце подрагивало, кололо, но это не беспокоило Аллу, ведь среди кокона огня начали появляться зелёные искры. Яркие, ядовитые, от нескольких вспышек до бушующего пламени. Боль в груди только ухудшалась, ужасные покалывания желали вывести девочку из равновесия. Словно бы тысячи иголок впивались в неё на фоне стремительно подступающего головокружения.
- Бои… шься? Это… правильно… – высказалась про себя Алла, улыбаясь через боль. Печать, которую столь бесцеремонно поставил Киргот в первые минуты её существования в материальном плане, чувствовала угрозу. Рабское клеймо сражалось с врождённой регенерацией богини. У неё было лишь несколько минут, прежде чем сердце разорвёт в клочья, и существование Аллы закончится. Но она не боялась. В конечном итоге, у неё был ключ от своих оков.
Три пламени сменились зелёным, всё было готово, осталось лишь применить эту силу. Лисица знала, как это делал он, но ей придётся сделать всё по-своему. Тяжёлые капли пота падали со лба, чтобы тут же испариться в нефритовом пожаре, воздуха не хватало, и она, из последних сил хватаясь за жизнь, собрала танцующие языки в ладонях, которые и возложила себе на грудь.
- Ну… всё… Ха… А-А-А-А-А-А!!! – возопила Алла, агонизируя от самосожжения. Плоть плавилась, кровь испарялась, волокна божественного одеяния изуродованы, но это ничего не значило. Гораздо важнее то, что в этом небольшом аду сгорело ещё кое-что. Печати больше не было. Почувствовав свободу от сдавливавших её тисков, богиня упала на пол.
- Хаа… Хаа… Ха-ха-ха! Выкуси… урод!.. – гордо заявила девочка, возвысив правую руку. Наконец-то, свобода была в её руках. Киргот мог пойти со своими приказами куда подальше. Теперь осталось лишь сбежать. Чуткие лисьи уши уже засекли, как к комнате бежали гвардейцы. Времени не было, Алла поднялась на ноги и судорожно принялась рыться по полкам. Где-то здесь, ну же! Вот оно, зелье маны. Стремительно откупорив флягу, богиня жадно выпила синюю жижу, сразу почувствовав себя лучше. Если бы ещё…
- Фу, мерзость, – ...она не была такой горькой, мятежница бы и вовсе запрыгала от счастья. Но прыгать оставалось лишь в окно. Собравшись с духом, она направила в закрытую преграду оранжевого пламени, обратилась лисичкой и направилась вниз. Добрые пятьдесят метров до земли были ничем, по сравнению с тем, что этот жестокий подонок сделает с ней, когда догонит, а потому она ни в чём не сомневалась.
- Лорд-протектор! Что с вами?! – обеспокоенно спросил стражник, громко стучась в дверь. Ответа не было, а потому огромный двуногий гепард вместе со своим напарником-кабаном принялись ломать дверь. В унисон они выбили её с ноги, ворвались в покои, но только, чтобы заметить у кровати внушительный горелый след, разбросанные с прикроватного стола бумаги да безнадёжно испорченное окно. Стражи взглянули вниз, но след виновницы уже простыл.
А пока демоны-дозорные не знали, куда и податься, Алла принялась уносить ноги. Те самые, которые при падении она сломала. Но ничего, кости вмиг срослись, плоть зажила. А замок остался позади. Куда теперь? Что делать со своей новообретённой свободой? Алла не знала, но первое задание стояло чётко – как можно дальше сбежать от Киргота. Она терпела, когда он принимал её, божественного духа, за слугу своей воли. Терпела, когда он при ней насиловал и ломал ту девушку, терпела его тёмные мысли в своей голове, когда тот ломал волю других, и вовсю наслаждался этим. Но вот его желания, направленные уже на неё? Нет, это уже чересчур. Как бы хорошо ей с ним ни было. Полмесяца назад, когда он лишь начал обращать нездоровое внимание на лисичку, у той в голове начали закрадываться мысли о побеге. Единственное, что её ограничивало – это печать от той поганой иглы. Однако, герой-целитель обладал силой, которая помогла бы ей. Каждый кусочек его тела был потенциально орудием массового разрушения, либо святой исцеляющей реликвией, стоило лишь правильно ею воспользоваться. И она это сделала – нефритовое пламя изменило изначальную форму её сердца, разрушив пакт подчинения. Да, шрамы остались, но кто будет вскрывать ей грудную клетку, чтобы посмотреть на них? Лисичка стремглав бежала по улицам Кинакрита. Бушующий ветер поднимался за ней, ведь та бежала под сотню километров в час, сметая прилавки, туша факела и шокируя бессонных зевак. Дом за домом, улица за улицей. До стены оставалось всё ближе и ближе. Ещё немного, и она уберётся из этого противного города, никогда больше не увидит ни Киргота, ни его рабынь. Лишь Еву покидать ей было жалко, но даже без неё он поможет ей справиться с порчей чёрного божества. Да, Алла больше Кирготу не понадобится. И так будет лучше. Заветная брама появилась перед бегущей, не разбирая дороги, Аллой. Но даже десятиметровая стена не стала ей преградой. Она прыгнула, но потоки пламени подхватили её, подбросив прямо над ней. Удивлённый стражник-хорёк даже не успел поднять выпучить глаза, как богиня уже скрылась вдали. Теперь у неё было одно направление – на север. А куда? Не важно, лишь бы подальше от Кинакрита. Да хоть на другую часть света.