- Что ж вы раньше не сказали? Давайте я помогу вам, – вымолвил маг-лекарь, применяя свою силу на старике.
- О-о-о!!! Спасибо, вы не представляете, как меня терзала эта зараза! Отныне я буду работать в два раза усерднее! – обрадовано выкрикнул мужчина, прежде чем принялся энергично разминать бёдра.
- Конечно, я очень рад за вас… Ещё раз извините, что вытащили из постели, – а вот юноша был отнюдь не столь радостен, что и чувствовалось в его хрипучем голосе.
- Нет, что вы? Ради такого я бы хоть до утра здесь стоял! – напоследок проговорил писарь, прежде чем чуть ли не бегом выйти из тронного зала, оставив героя наедине с богиней. Головокружение, тошнота и полный хаос оставили ему совсем немного сил, чтобы грохнуться на стул и уставиться в потолок. Ни одного чудовища они с Аллой не обнаружили, зато список потенциальных предателей позже будет передан Элен. Когда воспоминания сотен людей и демонов улягутся, и перестанут раздирать вопящую от невыносимой боли голову Киргота. Сейчас он хотел как-нибудь от неё отвлечься…
- Фух, я так устала, – проговорила богиня, обращаясь в обворожительную девочку, что бросилась на своего хозяина. Её улыбка, эти добрые уставшие глаза – лишь один раз он видел её такой – в ту злополучную ночь в лесу, когда они спасли друг друга.
- Спасибо, Алла. Кто бы мог подумать, что ты со своим мятежным нравом станешь мне так усердно помогать, – вымотано проговорил герой, его голова упала на плечо богини, и только сейчас он додумался осмотреть помещение. – Знаешь, тут всё началось, тут была моя первая аудиенция, когда король дал мне титул героя-целителя, – поделился молодой человек. Посередине раньше был портрет короля, но теперь там висела пусть и не такая внушительная, но очень дорогая сердцу Фреи картина её матери.
- Невесёлая история вышла. Может, пойдём отсюда? – прошептала лисица, прежде чем…
- Ага, в спальню, – ...Киргот подхватил её на руки, поцеловал и направился подальше из этого проклятого места. По пути они практически не говорили, ведь оплетающийся вокруг талии героя хвостик, его блеклая ухмылка, её жадные глаза – всё это говорило само за себя. И когда пара минут пути была позади, когда юноша закрыл за собой дверь, богиня сожгла свои одеяния, чтобы поприветствовать возлюбленного на кровати уже нагой.
- Нежностей можешь не ждать, – предупредил Киргот, снимая с себя облачения. Так быстро, как только мог.
- Попробуй, человечек. Мне так даже больше нравится, – ответила богиня, схватив хозяина за шею, стоило ему лишь подойти. Ухватила, поцеловала, позволила над собой возвыситься. Киргот же принялся облизывать её соски, потянулся между ног…
- Ах! – пронзительно простонала она, стоило лишь пальцам героя коснуться её губ.
- Я так посмотрю, ты уже готова? – оценил целитель, растирая обмокшие фаланги.
- Сделай мне хорошо! Живо!.. – приказала девушка, выставив к магу-лекарю свою задницу. Он же в ответ лишь ухватился за неё и стремительно вошёл. Он не сдерживался: вся боль, весь страх и разочарование собой буквально кричали ему: «давай!». И он подчинился. Сладко стонущая лисичка же своим очарованием лишь распаляла его всё сильнее и сильнее. Каждое прикосновение её пушистого хвоста к торсу, её милый голосок, шикарные формы, страсть, с которой та двигалась с ним в унисон – ничего из этого не могло оставить Киргота равнодушным. Почему она не сбежала тогда? Почему спасла его? Почему осталась с ним? Почему попыталась простить? Они так и не поговорили об этом, но те чувства, что их связывали, то удовольствие на двоих и ответственность за жизни друг друга – всё это сковывало лучше любой цепи или магической печати.
Киргот, не в силах сдерживать себя дальше, ухватился за грудь богини, прогнул её к себе и прикусил за ухо. Вместо стонов боли в спальне раздался экстаз удовольствий. Она кричала, он тихо постанывал в перерывах между тем, чтобы оставить на плечах любимой девушки засос-другой. Да, любые раны вмиг затягивались на них, но только не эти. Толчок за толчком, секунда за секундой они приближались к своему пику. Пока…
- Ух… Кончаю! – ...Киргот не почувствовал неудержимый наплыв в районе паха…
- Да-а! А-АХ! – ...а Алла – радость от очередного, на этот раз сильнейшего из оргазмов. И так бы это сладкое забвение продолжалось и дальше, если бы…
- Фух, что-то я подустал, – ...только герой не растерял силы, грохнувшись на мягкую постель.
- Лежи-лежи. Теперь я о тебе позабочусь, – ласково выговорила богиня, прежде чем оседлать мага-целителя. Сейчас, когда с его лица спала маска бесконечной уверенности, а в голове была лишь тревога, наименьшее, что она могла ради него сделать – утешить своей заботой.