- Так вот, моим скорым возвращением, как и гостинам в Столице Джеорала, я обязан именно им. Передайте Кирангу, чтобы как можно скорее приготовили пир… – начал королевич, раздавая приказы своим подданным, подальше от ушей мага-целителя и его спутниц. Сецуна с Аллой всё слышали, правда, но молодому человеку было не до примитивных указов. Ведь… – Почётные гости, можете пока что отдохнуть, у меня же здесь свои дела, – ...это всё было так тягостно. Не то что вид на великолепный город.
- Конечно, Ваше Высочество. До скорой встречи, – ответил Киргот, направляясь во дворец. А пока он со своими девушками принялся обсуждать, что же попробовать сначала, принц Кастор начал делиться с подчинёнными важной стратегической информацией, да продумывать, что же сказать на переговорах. Красноглазый юноша не возражал, ведь умный союзник им только в плюс.
...
А началось пребывание компании в Гиральдии с просторной тёплой ванны. Да, на улице была осень, но целый день, проведённый в замкнутом помещении поближе к солнцу, оставил свой потный отпечаток. Киргот с Фреей с удовольствием отмокали, пока Сецуна с Аллой в форме девушки увлечённо плескались и брызгали водой друг на друга. Радостное время. А ведь к полотенцам выдали ещё и приятные на ощупь шёлковые одеяния. Шёлк – лучший из материалов для одежды, который Киргот трогал лишь однажды – когда пришивал для Фреи зачарованные накладки на рукава. Те, впрочем, быстро потеряли свою ценность, ведь столько маны, сколько они добавляли колдунье, она могла получить из окружающего мира за полсекунды. Зато красиво. В любом случае, факт того, что двор Энриты готов был предоставлять такое своим гостям, говорил о его состоятельности. Затем слуги провели компанию в просторную комнату, где и предстояло ожидать пира. Четыре кровати, шкаф у входа, мозаичный пол с подогревом, кухня, уборная – хоть сейчас заселяйся, но увы, это лишь очередной перевалочный пункт. А пока Фрея читала книгу заклинаний, Киргот ломал себе голову над тем, что делать с трещиной на своей сабле, а Сецуна упрямо пыталась научить отлынивающую Аллу рукопашному бою, в дверь постучались. «Господа, прошу к столу» – сказал прислужник, отчего маг-целитель положил клинок в ножны, да и махнул на него. «Сколько прослужит, столько пусть и будет» – подумал он, зазывая девушек за собой. И вот, прямо герой исцеления направлялся в обеденный зал, колдунья шла с ним за руку, а ушастые бегали вокруг, с неподдельным любопытством осматривая картины, да люстры с настоящими солнцами в них. А ещё их сверхчувствительные носы уловили ароматы предстоявшей трапезы.
- Эй, хозяин, тут так вкусно пахнет! Почему в нашем дворце так не готовят? – полюбопытствовала богиня, подпрыгнув к молодому человеку.
- Сецуне тоже интересно, – добавила волчица, засматриваясь на инкрустированные потолки.
- Так уж вышло, что на роскошную еду наш бюджет сейчас тратится не позволяет, – однозначно ответил Киргот, пожав плечами. Величие Джеорала осталось в прошлом, ведь мало того, что пришлось восстанавливать страну, так ещё и Элен пришлось как-то откупаться от феодалов, ведь распускать своих рабов и вступать на путь модернизации они просто так не собирались. С кем-то договорились, кого-то пришлось уговаривать более агрессивными методами, но в любом случае, это деньги. Одна радость, первоначальная чистка, в которой погиб Маргурт Рикил Джеорал, умертвила и большую часть дворян-казнокрадов, а их имущество пошло на дело. Например…
- Ну да, ну да, всё потратили на твои гром-палки, – посетовала лисица, представляя, сколько денег пошло в цеха, и сколько можно было потратить на какие-нибудь вкусные мясные вырезки. Но на одной чаше весов были эгоистичные желания, а на другой – глубокие раны на теле искалеченной войной державы.
Слуги привели компанию в изысканное прохладное помещение со сплошным окном и небольшим прудиком посередине. В журчащей водичке плескались рыбы, а освещало всё это великолепие уже не закатившееся солнце, а осветительные приборы на потолке. Как, в общем-то, и во всём дворце.
- Неплохую комнатку вы себе обустроили, – хвалебно заметил маг-целитель, осматриваясь по сторонам. Посередине стоял стол с самыми разнообразными кушаньями, а через окно на Гиральдий взирал он, принц Кастор.