- Что ты со мной сделал?! – спросила девушка с дрожью в голосе. Ноги подводили её, на лице румянец, а в глазах двоилось. Именно такой реакции он и ждал от неё.
- Ха, вот прямо сейчас возьму и раскрою всё врагу! Давай продолжать, – каверзно заметил герой, радуясь предстоящей победе. Самого его вредные пары не волновали, а вот неопытной в делах любовных Клехии справляться с этим было невообразимо трудно. Какой бы сильной женщиной не была мастер меча, она всё ещё оставалась женщиной. Однако, вместо того, чтобы отчаяться и сдаться, девушка пронзила своё же бедро клинком, чтобы сконцентрироваться на боли.
- Что бы ты там ни сделал, я… одолею тебя! – заявила фехтовальщица, поражая Киргота своей мужественностью и выдержкой. Она выбросила ножны, чтобы двумя руками взяться за рукоять.
- Как пожелаешь. Давай покончим с этим, – провозгласил герой, готовясь к последнему удару. Он понимал, что драться с загнанным зверем может быть смертельно опасно, поэтому решил пойти на хитрость. И для своей тактики ему предстояло заранее вспомнить все зверства Джеорала по отношению к нелюдям. Целитель намеренно поднял саблю как можно выше при замахе. Такую оплошность не позволил бы себе ни один мастер фехтования. Вот только, была одна загвоздка. Киргот не был мастером фехтования. Даже в своём утомлённом состоянии, Клехия сумела совершить удар. Один точный, стремительный, а главное – красивый удар снизу вверх, который лишил героя руки. Однако, вместо стенаний побеждённого, из уст юноши раздался смех.
- ХА-ХА-ХА-ХА-ХА! Как я и ожидал! Жаль только, ожиданий ты не оправдала, КЛЕХИЯ-Я!!! – закричал заключивший девушку в шах и мат герой. Киргот не был мастером фехтования, не был он и алхимиком. Он был героем-целителем, для которого потеря конечности – это лишь секундное затруднение, прежде чем он вырастит себе новую, которая как раз и явилась прямо у головы мастера меча. Использовав на ней свою магию, юноша поместил в неё воспоминания об ужасах, творимых Джеоралом. Пять женщин-волков, массовые повешенья, работорговля, изнасилования опустошение деревень, всё то, что маг почерпнул из памяти солдат, даже та девочка, избиваемая торговцем на столичном рынке – всё пошло в ход. Вряд ли Клехия позволила бы так врываться в своё личное пространство, будь она в лучшей форме, но из-за желания поскорее закончить поединок, теперь ей только и оставалось, что смотреть на чужие страх и боль.
- НЕТ! НЕТ! НЕ НАДО-О-О! – закричала девушка. Из её глаз лились слёзы, а сознание силилось осознать, что только что произошло. В конечном итоге, Кирготу только и оставалось, что опустить её, бессознательную, на землю. Она была в его власти. И он волен был делать с ней всё, что угодно. Он показал ей лишь одну главу из огромной книги грехов королевства. Что в первом мире, что во втором их было невообразимо много. Но он не думал, что когда-нибудь ему доведётся поделиться с ней остальными.
- Вот и всё. Меч, защищающий королевство, распался надвое, – только и мог заявить Киргот, смотря на побеждённую мечницу. Смотря на свою отрубленную руку, герой с горечью в сердце поднял свою саблю. После неоднократного столкновения с твёрдым адамантитом, лезвие всё было во вмятинах. Благо, не было сколов. Прежде чем снова пускать её в бой, над клинком придётся хорошенько поработать. От лезвия же мастера меча осталась лишь рукоять, которую герой тоже забрал с собой. Дополнительно юноша стянул со своей потерянной конечности рукав, который ему предстояло отстирать от крови и приделать назад. Но это всё могло подождать. В первую очередь герой хотел решить, что ему делать с Клехией. Для начала он накинул на побеждённую свой плащ, предварительно связав ей руки. Киргот догадывался, что скорее всего войска уже в городе, поэтому надо было как можно скорее унести девушку из их поля зрения.
- Покажи мне её, – сказал Сецуне целитель. Она всё ещё держала бедную Фрею. Девушка еле дышала, а весь её подбородок был содран. Взвалив мечницу на правое плечо, герой взял с пояса целебное зелье, выпил его, а потом залил в рот колдуньи в обмороке, дополнительно воздействуя на неё своей целительной магией. За такое злодеяние Клехию ждала особая судьба – молодой человек собирался поступить с ней точно так же, как и с Флер, сделав из неё послушную игрушку своих капризов. Кстати насчёт Флер, у Киргота были кое-какие соображения, как её можно было использовать.
- Ты как себя чувствуешь? – поинтересовался у просыпающейся на руках волчицы принцессы. Физически ей больше ничего не угрожало, но чувствовала она себя крайне подавлено.