И пускай тихие, словно бы мёртвые, шаги незримого преследователя и не давали стрелку и секунды передышки, но образы того, как всё пошло наперекосяк, до сих самых пор стояли у него перед глазами. Когда он думал, что сбежал от службы Буллету Элдорану в облике одной из кошмарных развёрнутых наизнанку чёрных тварей, когда Курио уже нашёл себе новое место подальше и от Гранцбаха, и от новорождённой Панакеи с её божественным королём, когда вот уже месяц он жил нормальной, спокойной жизнью, зарабатывая охотой на дичь, да чудовищ, к нему под дом пришли они: люди в белых доспехах, ведомые фигурой в пурпурной накидке. Одного лишь взгляда из окна на страшную железную маску, что выглядывала из-под мешковатого капюшона, хватило лучнику, чтобы понять – смерть тому, кто перейдёт дорогу этому существу. А уж когда латники принялись барабанить в его дверь, требуя сдаться, тут-то герой и понял всё – надо драпать. Он не знал, за что заслужил внимание от паладинов Фарана, но догадывался, что ничего хорошего ему это не сулило. Уж хотя бы потому, что он стоял в одном ряду с ненавистным всему миру канониром, когда с причудливой железной птицы принцесса Флер развергла врата ада. Когда пал герой щита, а Буллет Элдоран выбрался из-под многотонного завала. А уж после того, как его стрелы пронзили минимум восьмерых из них, так и подавно. Не дожидаясь своего рока, герой лука выскользнул из своего дома, угнал коня, да поскакал, куда глаза глядели, избегая дорог. Ворота Курио пересёк, когда земля ещё освещалась скупыми лучами зимнего солнца. Сейчас же стояла тьма. Та самая, что не дала ему увидеть переплетённые корни…
- Грёбаная… кобыла! Вот надо было тебе сдохнуть! – выругался стрелок, посылая в сторону преследователя очередной залп сияющих стрел. Сколько же их было? Всего один, всего одного человека хватило, чтобы обратить в безумное бегство, казалось бы, легендарного героя. Нет, это точно не было человеком. Та самая фигура в железной маске, даже без помощи своих рыцарей, даже не переходя в бешенный спринт, не отставала от своей добычи ни на шаг. Хруст-хруст, хруст-хруст – протаптывал снег он весьма тихо, но герой лука слышал это, словно бы это великаны грохотали своими многотонными конечностями.
- Сдохни! Сдохни! СДОХНИ!!! – возопил лучник, ни на миг не отпуская тетивы. Сверкающие стрелы сами появлялись в его руке, большая их часть безошибочно разила цель, но… ни одна из них так и не пробила, казалось бы, ветхие лохмотья. Ничто, ничто в жизни героя не пугало его так, как это существо, с каждым шагом приближавшееся всё ближе и ближе.
Ещё ни одному наконечнику так и не удалось пробить балахон марширующей потусторонней мерзости. Лишь двадцать шагов отделяли их друг от друга. И тогда-то герой лука остатками своей собранности решил – стрелять надо в голову. Сделав глубокий вдох, мужчина успокоил свою руку, и новая стрела оказалась у него в пальцах. Курио натянул тетиву, но… выстрел улетел в молоко, пролетев мимо маски в добрых полуметрах. А фигура всё не отступала. Второй… также не возымел успеха. И только когда расстояние между ними сократилось до семи шагов, отчаявшийся герой попал!
Наконец-то! – разнеслось в его промёрзшей голове. Не теряя шанса, герой лука выпустил в единственного преследователя ещё четыре стрелы. Все они прорезались сквозь железную маску. Но самое страшное началось в тот миг, когда зловещая фигура сделала очередной шаг.
Шесть.
Вся былая уверенность рассеялась, как прах на ветру. Догадка подтвердилась. Это не человек. Человек не может выжить после такого. Зубы лучника затрепетали. Одна за другой стрелы пронзали железную маску, будто бы не встречая никакого сопротивления.
Пять.
Та дюжина стрел, что Курио Фанахо послал во врага, начала разлагаться. Благой свет сошёл, сменившись чёрно-зелёной дымкой, освещавшей заснеженную чащу не хуже маяка. Они испарились, а на маске не осталось ни царапины.
Четыре.
Колени предательски задрожали, герой лука изо всех сил пытался отойти, однако ноги заплелись, и он грохнулся спиной в сугроб.
Три.
Не теряя ни секунды, лучник направил оружие на кошмарный образ. Ещё две стрелы полетели в фигуру, но всё тщетно. Их наконечники отразила тёмно-фиолетовая материя ветхого балахона.
Два.
Паника окончательно взяла верх над стрелком. Пальцы настолько окоченели от ужаса, что более ни одного заряда не было выпущено из Золотого лука. Оставалось лишь наблюдать, наблюдать, как приближается рок обречённого героя.