- Убьём урода, потом разберёмся, – заявил Кир, помогая Тарсону подняться. Руководствовался он поговоркой: «враг моего врага – мой друг», пускай герой так и не забыл о том, на что это создание пошло, чтобы призвать в мир главную боль этого мира.
Безликий окончательно пришёл в себя, меч Кира попросту впитался в него со всем пламенем, и, полностью переменившись в настроении, существо бросилось к Алле. Богиня, смекнув, к чему всё идёт, быстро метнулась за спину к молодому человеку, который и встретился с чёрным божеством лицом к лицу. За неимением лучшего варианта, юноша призвал Георгия, чтобы с его помощью смачно вдарить тьме воплощённой в живот. Удар получился слабее, целитель рассчитывал, однако этого хватило, чтобы оттолкнуть тварь. Здесь Кир рассчитывал, что ворон возьмёт инициативу на себя, однако вместо этого тот лишь… из ниоткуда достал заметно потускневший серебряный меч. Когти ворона не были рассчитаны на то, чтобы владеть оружием, а потому…
- КАР! – ...он предложил оружие Киру. Юноша согласился, схватился за рукоять, и тут из спины безликого возникли бесчисленные щупальца, которыми он и начал колотить всё вокруг. Алле кое-как удавалось избегать ударов, однако силы её шли на убыль. Птицу же, вместе с героем, чуть не прихлопнуло, да вот…
- Уже… проходили! – крикнул целитель, отразив тяжёлый удар. Да не просто отразив – дарованный меч отсёк щупальце, да так, что оно рассыпалось в прах. Ощутив мощь, Кир бросился в атаку. В него направились десятки отростков, многие из которых отрывали от него куски. Однако если Георгий исцелял целителя в мгновение ока, то вот чёрное божество теряло всё больше своей массы. Как от меча, так и от выстрелов лисицы и ворона.
В конечном итоге, юноша достиг сердца врага, вонзил туда меч. Чёрное божество подняло оглушительный визг, и тут же вернулось к человекообразному облику, а все щупальца оплелись вокруг левой руки, даровав своему владельцу прочный хлыст. Первый удар герой отразил, однако пострадала Алла – её выбросило с башни. Тарсон отправился за ней, и Кир остался один. Атаки безликого рассекали не только мясо, прорываясь через защиту, но и оставляли огромные трещины в полу, который держался лишь за счёт двух метров бетона, доселе державших разрушенный Чёрный трон. Резной глаз помогал избегать смертельных ударов, отражая их мечом и наручем, хоть это и мало помогало перейти в атаку. Решив, что так продолжаться не может, Кир протянул левую руку, и выпустил из неё рассекающий луч. Когда очередной удар уже грозил сбросить мага-целителя с крыши, чёрная длань была отсечена. Юноша бросился в последний натиск, так как силы уже оставляли его, да и рука уже стремилась назад к телу. Герой превозмогал свою боль, усталость, расплывающееся зрение, ведь резной глаз уже отказывал. С огромным трудом он добежал до безликого, взял его за горло и принялся кромсать.
- А-А-А-А!!! – с отчаянным воплем Кир Албан шматовал чёрное божество. За все страдания, что оно причинило миру, за то, что жрало душу его возлюбленной, за то, что оно сотворило с Рихарзой и как его влияние на короля Прома превратило принцесс в чудовищ. А вместе с тем… – Я ИСЦЕЛЯЮ ТЕБЯ, УРОД! – ...маг-целитель пустил в ход свою главную и основную силу. Сила истинного героя захлестнула чудовище своей чистой энергией…
- ГРА-А-А-А-А!!! – ...и тому только и оставалось, что орать от боли, пока его тело рассыпается в белом свете. Меч окончательно потускнел, он ломался на осколки, которые оставались в чёрном теле. Но даже тогда герой не сдался, продолжив избивать воплощение хаоса уже с кулака. Раз за разом, раз за разом, раз за разом, пока… попросту не осталось, чего бить.
- Хаа… Хаа… Хаа… Это… Это мой мир, паскуда, – самодовольно заявил герой, грохнувшись на колени. Лишь сейчас он заметил многочисленные дыры в животе, переломанные рёбра и огромную лужу крови под собой. Последствия того, как близко он подступился к опасному врагу, совсем не думая о защите. Маны оставалось совсем мало, святой доспех использовал её для того, чтобы залечить самые смертельные раны, однако энергии на большее уже не оставалось. Плюхнувшись в алое озеро, герой-целитель не думал уже ни о чём. Ни об объявшей Кинакрит тишине, ни об Алле, что вернулась на помост, на спине уже улетевшего вдаль ворона, ни о всех союзниках, которые пришли ему на выручку. Из последних сил, дрожащими бледными руками, герой вытащил из сумки зелье исцеления, но на то, чтобы открыть его и выпить, сил уже не оставалось. Но стоило Киру только принять свою смерть, как…