- Он хотел твои глаза, – с отвращением произнесла волчица, прижав уши к макушке, дабы не слышать, как визжит маг, которого Хисэки утащил за добрые две сотни метров. Она приблизилась к карете, запряженной мёртвыми лошадьми, да поставила там все три ящика. Один вскрытый и два запечатанных.
- Да, и это наталкивает на определённые мысли. Например, кому их можно подарить, – с предвкушением сказал Кир. Последний обратил внимание на фатальную ошибку мага и понял, чего именно не хватает его колдунье.
- Сецуна не советует тебе этого делать, – предостерегла волчица, хотя по довольной ухмылке юноши она сразу поняла, как быстро её совет отскочил от него.
- Хм. Как думаешь, Флер обрадуется, если я подарю ей свой левый глаз? – спросил герой исцеления, полностью проигнорировав слова девочки. Шестьдесят восемь весьма качественных пушек – лучшее оружие для солдата. Три ящика и небольшая коробка с пятью пистолетами. Всё, что осталось – дождаться Хисэки, погрузить всё ему на спину, да вернуться домой.
- Будет прыгать от счастья, – смолвила волчица, сняв окровавленные наручи. Она-то помнила, как радовалась, получив их. И для колдуньи всё будет так же.
- Давай помою, – предложил юноша, призвав из ладони журчащий ручеёк. Уже вместе они отмывали когтистые перчатки. Божественный металл ничего не впитывал, ни с чем не реагировал, и почти ничем не мог быть повреждён, а потому смыть кровь было просто. С телом же девочки было уже сложнее, но молодой человек решил принять ванну уже в Гандираке.
Молчание повисло между двумя. Кир с Сецуной сидели на первой ступени кареты, совершенно не обращая внимания на плоды устроенной резни. Первый размышлял о Фаране, о принцессах с их матерью, о хищении оружия, сколько Скодилия успела произвести с тех пор, как Буллет поделился с ними частью украденного арсенала. Вторая же гадала, что у героя на уме и чем она могла бы ему помочь.
- Сецуна хочет поговорить, – прервала молчание воительница, украдкой поглядывая в его алые глаза.
- Да, конечно. Время у нас есть, – ответил Кир, оглядываясь по сторонам. Разбросанные трупы не вызывали в нём никаких эмоций. Юноша в одних только рваных штанах лишь слегка подрагивал от морозящего ветра. К счастью, холод не позволял мертвецам испортить атмосферу своим смрадом, который мало того, что весьма неприятен, так ещё и трупоеды на него сбегаются как мухи на мёд.
- Сецуна понимает, зачем тебе дракон, но та женщина, зачем ты с ней спал? – поинтересовалась девочка, еле заметно нахмурив мордашку.
- Рихарза? Что, по запаху поняла? – ответил вопросом на вопрос маг-целитель. Он принял «подачку» от Флер, не более того, но эти подробности ему хотелось приберечь.
- Да, ты любил её, – сказала Сецуна, положив свободную от удержания наручей руку на плечо молодого человека.
- Занимался любовью – да. Любил – здесь я уже не уверен. Одно, впрочем, я могу сказать точно – теперь она – моя женщина, и я её не брошу, – решительно заявил целитель, попутно прижав к себе волчицу за талию. Девочка значительно лучше переносила холод, о неё можно было согреться.
- Сецуна и не просит, она хорошая. Только будь осторожнее, она не сможет защитить тебя в случае чего, – предупредила воительница, на что герой задумчиво покачал головой.
- А ты сможешь? – безрадостно полюбопытствовал Кир, уже зная, что он услышит в дальнейшем.
- Сецуна отдаст за тебя жизнь, если надо, – пролепетала та, умостив голову юноше на плечо.
- Нет, не отдашь. Пожалуйста, даже не думай об этом, я не смогу тебя вернуть, – твёрдо произнёс Кир, обняв свою верную воительницу за затылок. Молодой человек давно смирился с самим собой. С одной стороны, он готов был без страха и упрёка отнимать чужие жизни, а с другой, он готов был сделать для любимых всё самое невозможное.
- Ты волнуешься за Сецуну, господин? – спросила девочка, её голос дал слабину, в нём чувствовалась её дрожь.
- Да, чёрт возьми, и я не стану притворяться, что это не так! – сквозь зубы процедил маг-лекарь, лишь сильнее прижав волчицу к себе.
- Господин Кир… – медленно и осторожно проговорила девочка.
- Послушай, Сецуна, я не боюсь тебе заявить об этом, но я хочу, чтобы ты поняла, зачем я это делаю. Прошу тебя, если можешь, выживи, я как-то сам выкарабкаюсь, – попросил герой исцеления, медленно и размеренно дыша, вдыхая аромат серых волос. Он делал всё, чтобы замедлить своё сердцебиение, однако оно упрямо отказывалось возвращаться к привычному ритму.
- Это приказ? – задалась вопросом воительница, на что герой лишь глубоко выдохнул.
- Надо же, опять за своё? – и снова ответ вопросом на вопрос.
- Это приказ, господин? – переспросила девочка. Как только последняя согласная сорвалась с её губ, они так и остались раскрытыми…