- Элен у себя в кабинете с мамой. Аллочка с ними, – рассказала волшебница, подсев на кровать.
- Ты как? Глаз не болит? Может, косоглазие? Говори, не стесняйся, – сказал герой, взяв девушку за руки.
- Нет, ничего такого, – ответила она, чем навлекла на себя пристальный взгляд юноши. «Не ври мне» – сообщал он всем своим видом. – Хорошо, я только теряюсь немного, когда он сам включается. Аллочка сказала, что я научусь, и это пройдёт, – поведала Флер, призвав не самую устойчивую печать на свой зрачок. Мышцы подёргивались, а орнамент то и дело сменялся обыкновенной радужкой.
- Я рад, что с тобой всё в порядке, – облегчённо выговорил юноша, почесав себя у переносицы. В лице целитель практически не изменился. Пока что…
- Ты улыбнулся, – радостно подметила заклинательница, медленно пройдясь по скуле мага-лекаря. Его счастливое изваяние она видела сквозь пульсирующий резной глаз.
- Если хочешь, могу его сделать его зелёным, – сказал юноша, сдержанно подняв уголки глаз. Алый и изумрудный – полностью противоположные цвета, а потому на долю секунды Кир решил, что девушка захочет избавиться от контраста, оставить лишь силу предвиденья. Если бы…
- Ни за что! Это частичка тебя, и я хочу, чтобы она всегда напоминала мне о тебе, – чувственно проговорила девушка, погладив свой живот, вместилище ещё одного подарка от героя исцеления.
- Тебе не нужны никакие напоминания, я никуда не собираюсь исчезать, – игриво вымолвил Кир. Не прошло и мига, как он со сверхчеловеческой быстротой дёрнул колдунью к себе. Вероятно, используй она прозрение будущего, исход был бы иной. – Зато тебе нужен резной глаз, твоя реакция оставляет желать лучшего, – расценил юноша, едва ли не вцепившись в уста принцессы своим поцелуем. Кир и Флер наслаждались взаимной близостью.
- Ах! – простонала колдунья, с неохотой отстранившись от любимого – воздуха недоставало, а в глазах рябило. Однако как только она пришла в себя, в момент, когда хотела попросить ещё…
- Нечестно! – Сецуна выбежала из ванной: полностью голая, волосы распущены, а на лице гримаса ревности. Что удивительно, за ней в том же неприглядном виде выбежала и Клехия.
- Да, Кир! Я тоже хотела! Ты мне обещал! – воскликнула мечница, на пару с волчицей запрыгнув Киру в постель. Последний, в свою очередь, прильнул к уху сребровласой…
- А кто меня не дождался, а? Фух, – прошептал он, напоследок ещё и дунув.
- Ох… – от такого кожа фехтовальщицы покрылась мурашками, на лице появился румянец, а к соскам прилила кровь.
- У тебя тут морщинка. Давай исправлю, – отметил молодой человек, пройдясь по лбу мастера меча пальцем. Не успела она обидеться на это, однако, как… – Вот, теперь нет, – герой гордо заявил, как избавил девушку от этой неурядицы.
- Кир… – жалобно произнесла Сецуна, пессимистично размахивая хвостом. Уши прижаты, взгляд опущен – всё в ней так и кричало: «приласкай меня», что герой-целитель и сделал, обняв обеих своих воительниц.
- А можно… я тоже? – спросила колдунья. Всю свою одежду она с себя заранее сняла, что поставило юношу в неловкое положение – отказать, смотря в разноцветные глаза принцессы будет попросту некрасиво.
- Ну и что с вами делать? Идите ко мне, – предложил Кир, готовый удовлетворить всех троих своих. Клехия с Сецуной бросились к его члену, Флер возжелала расцеловать героя. На фоне утреннего балагана из головы мага-целителя совершенно выпало то, что Элен теперь новый герой-целитель. Либо же это было сном?..
Не было. Реальность ударила Кира под дых, когда Элен протянула ему свиток опознания. Норн – герой-целитель.
- Ха-ха… С днём рождения, – произнёс юноша, внимательно разглядывая сверкающие письмена на зачарованной бумаге. Маг-лекарь, по которому было весьма трудно сказать, что он только что оставил за собой троих девушек, доведённых до уровня истощённых тряпок.
- Спасибо, Кир, – равнодушно поблагодарила его девочка. В её кабинете было неожиданно опрятно, бумаг на столе почти не было. Королю Панакеи не составило труда сложить два и два, чтобы распознать в этом исключительную заслугу Рихарзы, что сидела по левое плечо от дочери, с любопытством наблюдая за реакцией юноши. Женщина не проявляла к молодому человеку беззаветной преданности или безумной любви, однако её симпатию он заслужить смог, что та и дала понять целителю, подмигнув тому.
И тут из-под стола выпрыгнула Алла. Лисица запрыгнула розововолосой даме на руки, гордо воссев на её ладонях.