- Не бойся, не бойся, любимая! Я держу тебя! – помощь пришла, извне. Кир пустил в ход своё исцеление, не чтобы скрепить раны или вернуть конечность… – Ха… А-А-А-А-А!!! – он встал девочке на защиту. Принял свою же боль, встал между ней и ИМИ. Три ужасные фигуры во власти её короля измывались теперь над ним, в то время как она могла лишь смотреть. Смотреть! Смотреть! СМОТРЕТЬ!!! Как они травят его, как заставляют принимать на себя чужую боль, как изо дня в день он мучается, продумывая план спасения.
- НЕТ… НЕ НАДО! ПРЕКРАТИТЕ-Е-Е-Е!!! – кричала она, слёзы лились рекой, однако Кир не размыкал рук, не разрывал их связи.
- Н-нет… Смотри… С… мот… ри… – сквозь зубы просил он. Не просил – требовал, приказывал. Не оставлял ей другого выбора – все его познания о своём и чужих телах, все навыки, все знания, весь инженерный и алхимический гений – всё это не принадлежало ему, однако каждое слово, каждый образ впивался в мозг подобно ржавому железному гвоздю, их было тысячи. Ради неё он принял их все. Чтобы она увидела советы Буллета, он терпел чудовищную головную боль канонира. Чтобы Норн увидела их единственный раз вместе, Кир корчился под молниями Флер. Чтобы принцесса увидела, как он обратил Еву в прах, как преобразил этот проклятый мир, он терпел попадания алых лучей смерти.
- ...если ты это и сделаешь, ты же забудешь всё! – крикнула женщина с волшебным посохом.
- ...ничто не сотрёт мою боль… Я ИСЦЕЛЯЮ ЭТОТ МИР!!! – ответил герой-целитель, высвободив в свет всю силу философского камня.
- Смотри, Норн, всё это тебе пригодится, – сказал Кир, положив ладонь девочке на плечо на фоне исчезающего в ослепительно-белой вспышке мира. – Смотри, а остальное я приму на себя.
Он проснулся, пошёл собирать яблоки, пообщался с Анной, своей приёмной матерью. Ведомый голосом осколка своей души, Кир обрёл себя, вспомнил всё и уступил главенство над телом своему жестокому «я» из прошлого мира. Герой-целитель заранее начал готовить тело к дурману, встретил Флер, поехал в Столицу, ещё не разрушенную, получил одобрение одержимого короля. Там горничные, что хвастались Норн близостью с юношей, насиловали его – выбора здесь не было. Потом… Потом была Клехия – его первый роковой провал, и безразличие Флер… Двадцать восемь ударов – Леонард действовал наверняка. Грудь, лицо, голень, рёбра – всё в трещинах и переломах. Норн не могла сдерживать слёзы, однако таким было желание Кира. Живот, губа, челюсть, селезёнка, печень, щека – синяки, побои, страдания. В живот с ноги, раз за разом, раз за разом. Стоны, хрипы, вздохи – двадцать восемь ударов, после которых целый месяц сексуального насилия, чужой боли в бреду наркотического тумана.
- П… Пожалуйста… Хватит… – заскулила несчастная принцесса.
- Уже… Уже скоро, – ответил ей измождённый Кир. В реальном мире он давно упал на стол, его трясло и лихорадило, но отпускать руку принцессы он упрямо не желал. Навыки Клехии, алхимия Валхиды, акселерация от слепой лучницы – всё это фильтрованным потоком изливалось в душу Норн. А когда он добрался до Флер, то девочка получила ещё и четвёртый круг магии. Принцесса во всех подробностях, от первого лица, рассматривала, как он насиловал тогда ещё героиню, это пробудило в ней… Нет, не презрение – жалость. Её сестра стала такой исключительно из-за проклятой дворцовой жизни, её «прелести» она постигла со смертью матери. Спасение Сецуны, схватка с Клехией, плач Фреи, марш распятых, смерть Леонарда и осознание гибели Анны, схватка в Колизее, встреча с Евой, кончина Кайлии, смерть Блейд, раскаяние волшебницы, битва в Браньке. Девочка наблюдала, а вместе с тем пропитывалась его навыками. Сопротивление ядам, боли, страху, магия стихий, тактики скрытности и промывки мозгов.
На этом каскад образов не заканчивался. Девочка смотрела, как Кир – тогда Киргот – чуть её не задушил, изнасиловал, изменил. Как мило после этого он беседовал с её сестрой, будто бы так и надо, как он впервые встретился с её матерью в её демоническом облике. Во сне. Она наблюдала за зверствами на испытании Каладрия, за гибелью Висофа, предательством Кэрола, рождением Аллы. Принцесса пережила поражение героя от Рихарзы, её же матери и обращённых ею героев. Увидела, каким монстром может быть маг-лекарь, когда ему переходят дорогу. Обезглавленный труп изнасилованной зайчихи, задушевная беседа с проституткой, первый бой против чёрных рыцарей. Ляпис, Кэрол, её слеза звёзд, белки праха, Тафиас со своей ордой, Хакуо, Буллет, Раналита… В Раналите их подбили, однако никто, кроме Аллы, не видел, как обстояли дела на самом деле, как жестоко Киргот надругался над Марианной, как убивал её же друзей и соратников, как бросил её в толпу на растерзание.