- Да, ты прав, Буллет Элдоран, в этом мы похожи. Однако мне нужна эта власть, чтобы снова заселить северо-восточные регионы, спасти юг от бедности и вернуть запад под наш полный контроль, сделать Панакею нашим раем. И я не строю из себя непогрешимое божество. Мне бы с радостью хотелось получить тебя в свои подчинённые, однако… Я не смогу тебя сломить. Никто не сможет, ты слишком привык к боли, – подвела итог девушка, вертя волосами в руке.
- Ты могла бы попробовать, женщина, – насмешливо предложил бывший канонир, на что первый министр Панакеи лишь покачала головой и бросила взгляд в сторону Хисэки.
- Нет. Не могла бы. От этого содомита мне будет больше пользы. Его я могу переделать под всё, что только пожелаю. К тому же, от твоей смерти Киру будет только лучше, – расценила наместница, смотря уже на Буллета.
- Как? Удиви меня, – поинтересовался мальчик, ожидая хотя бы в последние секунды своей жизни узнать о Кире нечто, что даже сила Лоренцо ему не раскрыла.
- Ты – его якорь. Единственное, что теперь связывает его с первым миром, показывает, чего он достиг и что потерял. Именно поэтому он никогда не сможет тебя убить. Пока ты жив, он не сможет двигаться дальше, – ответила принцесса, возложив ладонь на взъерошенную голову юноши. Она не сомневалась в правильности своего решения, к каким бы последствиям это ни привело.
- Спасибо, Норн Клаталисса Джеорал, – внезапно поблагодарил бывший герой пушки. За освобождение ли?..
- Я делаю это не ради тебя, Буллет Хашлант, – резко ответила героиня исцеления, призвав пурпурное сияние своей новой силы. – И да, моё имя – Элен, – добавила она, останавливая сердечные сокращения в груди узника. И вот, на последнем издыхании…
- Поза… боться о… Ки… – он высказал свою последнюю просьбу. Героиня, услышав её, лишь кивнула.
- Прощай, Буллет.
Таким и выдался конец сильнейшего героя, канонира, что содрогнул мир. Бесславная гибель в луже собственной крови и спермы его мучителя. Единственное, что осталось сделать Элен – оставить в голове бессознательного драколюда свои приказы и покинуть темницу.
Кир сидел у себя в спальне совершенно один. Флер тренировалась с Сецуной и Клехией во дворе в попытках обуздать резной глаз, Алла присматривала за колдуньей, а Рихарзу забрала Элен. То ли для бумажной работы, то ли для обучения. Возможно, для всего сразу. Молодой человек же остался в комнате, занят он был… шитьём. Да, король Панакеи сидел за столом и работал иглой по коже и дешёвой конопляной ткани, достаточно прочной и неприхотливой. Ручной труд несколько успокаивал его, давал время подумать и разложить всё по местам. Флер потерпела поражение в схватке с Марианной Трист, что работала на Фарана, героя проклятий, что стремился отрезать мир от божественного влияния. Клехия же отдала свою избранность, чтобы сохранить ей жизнь. В иных обстоятельствах они с магом-лекарем могли бы и сработаться, ведь исчезни уровни и классы, не станет и чудовищ, от которых так мечтал избавиться Кир в детстве. И всё-таки, сейчас его сила, насколько бы мучительной она порой ни казалась, была юноше необходима. И ни Фарану, ни тем богам, о которых предупреждал Такемиказучи, герой-целитель просто так не собирался сдаваться. На фоне всего этого, Кир вспомнил о своих словах: «месть благородна, она делает людей сильнее». В этом была своя правда, однако расплата пришла, и даже не к нему, а к Флер. Результат его недальновидности. Юноша никогда не чувствовал за собой вину за то, что изнасиловал девушку. Единственное, что могло заставить его беспокоиться об этом – недовольство Аллы его поступками. И теперь герой намеревался исправить свои ошибки. Он отдал свой резной глаз принцессе, и это должно было сделать её сильнее, уберечь от дальнейших подобных ошибок. Однако и сам он хотел жить и жить, поэтому герой открыл комод под столом и достал оттуда серебряное зеркало. Маг-лекарь отложил иглу и протянул руку к своим глазам. Одна его мысль пробудила магию, и в зелёной вспышке его глаза переменились – победа над чёрным божеством дала ему достаточно энергии, чтобы открыть очередной слот навыков, и в этот раз выбирать вовсе не приходилось.
- Хм, интересно, – рассудил Кир, рассматривая своё новое отражение – яркий янтарный блеск своей радужки. Эта сила не давала прозирать будущее, однако позволяла моментально реагировать на настоящее, смотреть дальше большей части живущих, создавать контрмеры для всего увиденного. Решение отдать резной глаз было спонтанным и несколько необдуманным, но маг-целитель не позволил бы себе остаться беззащитным. Как раз поэтому он воссоздал свой изначальный наряд – кожаный жилет поверх тканной рубахи, сапоги с наручами, а над всем этим зелёный плащ, что крепился к медному по окрасу наплечнику. Никакой особой защиты он не предоставлял, на него лишь зацеплялся плащ, готовый оторваться, стоит кому-то использовать его в борьбе.