- Так вот, Лоренцо – Фаран – приглашает нас в Гралц, – девушка поспешила сменить тему, чтобы не теребить старые раны. Как это обычно бывает, они заживают быстро, и поначалу герой не предавал им значения. Зато потом травмы начинают напоминать о себе всю жизнь. Юноша не винил сестёр, видя в их поступках трагизм, последствия злодеяний чёрного божества, которое он же и уничтожил.
- Мне бы очень хотелось направиться туда самому, чтобы не подвергать вас риску, – признался Кир, бросив взгляд на кровать. Алла успела прийти в себя, но только для того, чтобы обратиться лисой, свернуться клубочком и вновь уснуть посреди трёх дев. От неё лучилось тепло и благодать.
- Не беспокойся, моя пешка позаботится о королевстве, нам ничто не мешает сопроводить тебя, – произнесла Элен, прикоснувшись к колену мага-целителя. Уже холодному на ощупь.
- Я не был бы столь уверен. Наслышан, что там творится хаос. Не знаю, с чем мы столкнёмся наверняка, но я бы хотел, чтобы вы были в безопасности, – ответил герой, словно бы не замечавший телесной близости.
- Сейчас нигде не безопасно. Мы все это понимаем, особенно Ева. Она ведь знала, что остаётся одна в разваливающейся стране, когда отправила тебя в путь? – спросила девушка, сопоставившая факты по рассказу Рихарзы.
- Она не одна, её есть кому защитить, – возразил Кир, но уверенности в его голосе совсем не ощущалось.
- Вот именно! В худшем случае, твоя зайка может пойти за ней. Но ты должен понять, что это их выбор, и ты ничего не можешь с этим сделать, – предупредила девушка. Как и раньше, гибели чернокрылой она не желала, но как одно из возможных развитий событий упускать из внимания сие совсем не стоило.
- Могу. Могу убить всех, кто пытается разрушить нам жизнь. Убивать и разрушать – это у меня получается лучше всего. Как и ты можешь, – ответил целитель, собрав всю свою волю в кулак. Самое трудное, впрочем, заключалось в том, что если Буллет был личностью, которую можно было ненавидеть, преследовать, разгадывать, то боги представляли собой лишь скачущие по миру сгустки силы с практически детскими мотивами. – Почему ты до сих пор не выбрала себе оружия? – вопросил Кир, положив руку на белую сферу, которая осталась ему от Марианны Трист.
- Я – гений, но даже мне недостаточно получаса, чтобы принять столь ответственное решение, ты же понимаешь? – парировала девушка, попутно разведя руками.
- Разве ты не увидела всё, что нужно, в моих воспоминаниях? – спросил юноша, потирая лоб ладонью.
- Если какофонию боли, жажды мести и самокопаний можно так назвать – пожалуй. Эти вещи ведь могут превращаться во всё, что угодно? – решила уточнить принцесса-целительница.
- Да. Они неразрушимы, легки, могучи – какое бы оружие ты ни выбрала, оно будет в точности таким, как ты его представила, – пояснил Кир, призвав на руку божественный наруч. Он пережил Хакуо, пережил Прома, пережил Буллета. Переживёт ли Фарана? В конце концов, прямо под кроватью лежал комплект лат, на который и поспешила указать пальцем Элен.
- Неуязвимы? Смотри, это не просто груды металла, Клехия выбрала себе доспех, чтобы защитить вашего с ней ребёнка. Он должен был появляться и исчезать по её желанию, а что теперь? – раздосадовано выдала принцесса. Брас, как назвала его фехтовальщица, «умер».
- Да, в нём нет души. Зато она продолжает их носить. Они лёгкие, не гремят, да и просто красивые, – возразил юноша, пожав плечами. Даже из орихалка он не сделал бы ничего лучше.
- Мы отошли от темы, Кир. Мы обязаны покончить со всем этим, и для этого мне нужна сила, не меньше, чем у тебя. Скажи, что ты думаешь по поводу кольца, что будет лечить меня? Навроде твоего Георгия? – поинтересовалась героиня исцеления. Перстень казался ей вменяемым вариантом, зато вот молодой человек поджал губы и покачал головой.
- Ой, да ладно! Я что, похож на идиота, который будет сосредотачивать свою силу в одном колечке, которое ещё и срубить с пальцем могут? – пренебрежительно спросил он, всматриваясь в око Георгия.
- По-моему, кольцо пошло бы тебе куда больше страшной глазастой рукавицы, – с улыбкой отметила наместница.