- А-А-А-А!!! – двадцать метров птица тащила его, аж пока бог не собрался с силами и не выбрался из острой хватки, попутно сломав ворону ногу. Золотые кровоподтёки зажили, дыра затянулась, и божества готовы были вновь столкнуться лбами. Феб чувствовал себя неуверенно без лука, но с таким шустрым соперником он будет лишь мешать.
- КА-А-АР!!! – Тарсон громко крикнул, поднялся над землёй и выпустил новый луч. Затем ещё один, и ещё, и ещё, и ещё! Всё, чего касалась его магия, обращалось безжизненной чернотой, а были они столь быстры, что даже боги не могли уйти от них невредимыми, что уж говорить о королеве демонов? Так и сейчас мужчине только и оставалось, что принять удар на себя. Он выставил руки, призвал магический заслон. Столкновение не заставило себя долго ждать. Окружающие деревья вырвало с корнями, руки Феба готовы были в любой момент обуглиться, и сам воздух обратился черной пеленой.
На этом, впрочем, ничто не было окончено. Как и Ева Риз незадолго до него, бог света обуздал пагубную энергию, готов был обратить её прямо во врага, как и чернокрылая монархиня…
- Гхх… А-а… – мужчина оказался в хватке Тарсона. Однако если девушке повезло быть слишком важной для их с Лоренцо главного потенциального союзника, то этого постигнет скорая расправа. Ворон поспешил пробить грудину, однако его попытка успехом не увенчалась. Словно яркое солнце, Феб вспыхнул, опалил чёрные перья своего врага, и уже готов было сам впиться в плоть ручного птица Фарана, как тут…
- А-А-А!!! – Тарсон махнул крылом и рассёк голубые глаза бога своими когтями. Ихор полился по бледнеющим щекам, и осталось лишь воспользоваться форой, чтобы добить златовласого юношу. Однако последний удар нанёс другой.
- Спасибо тебе, – внезапно, из-за дерева явился сам герой проклятий. Он вонзил свой меч из осязаемой тьмы прямо под рёбра истерзанного бога, не давая ему никакой надежды на регенерацию.
- Т-ты… – слабеющий Феб узнал Лоренцо по голосу. – Я… ПРОКЛИНАЮ ТЕБЯ ИМЕНЕМ БОГО!.. А-А-А-А!!! – заревел мужчина, однако закончить ему не дали. Фаран выдернул оружие из его груди, и златокудрый юноша грохнулся оземь. Всё его божественное величие совершенно испарилось, ведь лежал в грязи и собственной крови он совсем как обычный человек.
- Вот поэтому вы и не нужны. Ни подготовки, ни разведки, ни терпения, чтобы нанести точечный удар. Вы – всего лишь дети, что столетиями ничему не хотят учиться. Не вам тянуть бразды правления этим миром. – равнодушно, но при этом весьма разочарованно проговорил тёмный маг. Его мёртвый, противоестественный голос был последним, что слышал закованный во мраке Феб. – Где Деймос? Что он делает? – следом вопросила фигура в маске. Лишь от повелителя ужаса он ощущал хоть сколь-нибудь значимую угрозу.
- По… шёл на… хер, – только и мог ответить юноша. Никаких высокопарных речей, никаких причитаний. Это существо было создано из человеческих представлений о богах, а потому именно человеческие черты в нём превалировали.
- О чём я и твержу, – выдал Фаран, впоследствии обезглавив одного из своих врагов. Божества, что обитают в материальном плане не один десяток лет, кто пришёл сюда через разлом в реальности, родился из яйца и не только – они гораздо могущественнее тех, кто предпочитал обходиться астральным миром. Из таких был и Тарсон. И никто ничего не собирался делать с этим порядком, ведь чтобы повторить деяние обычного смертного с одним лишь философским камнем, небожителям требовалось объединить усилия всех до единого, а такого не случалось с самого образования системы.
- И этого ты желала, Минерва? Гибели своих сородичей? Своего брата? – сурово поинтересовался Фаран, помогая своему ворону оправиться после разгорячённой схватки. Он ощущал присутствие богини мудрости, что, впрочем, не помешало мертвецу сложить оружие. Последняя, однако, и не намеревалась скрываться, ведь пришла девушка не одна.
- Тише, Лоренцо. Иначе ты разбудишь её. Я выполнила своё условие, – тихо вымолвила прибывшая, нежно укачивая то, во что Кир превратил Марианну Трист. – Что же до героя-целителя, то он и сам о себе позаботился, – добавила женщина в шлеме, передавая ребёнка герою проклятий. Годовалая девочка, без памяти о собственной жизни, без осознания собственного положения – вот, к чему привела её дорожка отмщения.
- Это действительно было необходимо? – спросил мёртвый человек, передав спящий свёрток своему пернатому другу, из-за опасения, что гибельная аура Лоренцо напугает дитя.