- Я же говорила, что у нас всё получится, – вымолвила сидящая на диване Рихарза, там же, где и её дочь. Там же, где они с ней и ночевали под тёплым одеялом. Женщина потеряла все свои силы, и уровень у неё был всего-то четвёртым. Божественное же дарование насмешливо называлось «обыватель». Никаких талантов, общий уровень потенциала статистики всего-то в шестьдесят. Самая обычная смертная, за исключением того, что обладала секретами богов, и ничего не мешало ей их рассказывать.
- По такому поводу предлагаю устроить утреннюю пробежку по городу, – предложила облачившаяся в свой доспех Клехия. Брас, столь же безжизненный сколь и Ванарганд, всё же остался ей надёжным облачением. Голубоватый металл, пускай даже с одной дырой в спине, не сломается, не прогнётся и не треснет ни от одного оружия смертных. Правда, то же нельзя было сказать и о его носительнице…
- Тебе-то ещё и бегать? Тебя ж сейчас вырвет, – отозвалась умостившаяся на деревянный навес кровати Алла. Лисица по одному лишь запаху определила подступающий к воительнице токсикоз.
- Да нет, со мной всё будет в порядке, я… – мечница хотела было возразить, однако тут же ей к горлу подступил неприятный ком, она схватилась за рот, согнулась. – Хаа… Ладно, пойду… Блевану, – и, в конце концов, ей только и осталось, что собрать волю в кулак и направиться к уборной.
- Пойдём, помогу, – улыбчиво предложила волшебница. Сама она признаков беспокойств не подавала, а всё потому, что могла себя держать достойно, как и полагается принцессе. А то, что ей теперь в среднем по пять раз в день придётся едва ли не выворачивать себя наизнанку – так этого ведь почти никто не видел. Да и ничего не мешало попросить Кира или Элен облегчить муки. Более того, кабы не сестра, вчера девушка развалила бы самолёт.
- Вот поэтому я и хочу оставить их в Гандираке, – спокойно произнёс герой исцеления, насквозь прозирая густой туман. – Точно так же, как Ева с Ляпис остались под надёжной защитой, так и их следовало оставить под присмотром нашей гвардии. Наверняка ты бы и сама справилась с самолётом. Что уж говорить о Рихарзе… – добавил юноша, даже не оглядевшись на розововолосую даму.
- Клюквенный морс, лекарственные чаи с имбирём и много воды – всё. В крайнем случае, одного нашего с тобой касания хватит, чтобы убрать с них тошноту на несколько часов, предотвратить выкидыш, если до этого дойдёт. Или ты хочешь сбросить с себя ответственность? – раздражённо спросила героиня, грубо развернув юношу к себе, дабы он видел всю палитру её эмоций: страх за близких, переживание за государство, опасение за самого мага-лекаря, что снова готов был броситься в самое пекло. А главное – слабая надежда, что трагедии прошлого больше не повторятся.
- Элен… – Рихарза попыталась оттащить девушку, успокоить, но та подогнула колени, встала, словно кремень. У слабой женщины попросту не хватило сил сдвинуть её с места. Аж пока принцесса сама не развернулась и не наставила палец ей в грудь.
- Молчи, мама! Я уже один раз тебя так потеряла! В Гралц мы отправляемся вместе, разделяться мы будем, когда по нашему миру перестанут шастать полоумные боги! Я лично буду присматривать за ними, – решительно заявила наместница, указав в сторону уборной. Флер и Клехия были лицом Панакеи, живым воплощением силы их молодой державы, в чём и должен был убеждаться мир, смотря на нарисованный на руке колдуньи символ колдовского пламени. Но была ещё одна причина, по которой Норн взяла бывших героинь с собой – защита. Ведь именно сейчас, со всеми своими воспоминаниями, она смогла полностью прочувствовать страх Кира за Еву, его нежелание вырывать ей сердце, обращать время вспять. Иногда попросту не получается руководствоваться рациональной логикой, и это был один из таких случаев.
- Кир, с Сецуной так же будет? – спросила девочка, дождавшись, пока героиня исцеления окончательно успокоится, отойдёт, плюхнется на диван. У Элен с Сецуной был шанс забеременеть, но им так и не повезло. Или же наоборот. С победой над Буллетом, Кир думал, что заживёт спокойной жизнью, вернул себе плодовитость, а получилось то, чего он так опасался – юноша теперь вынужден был воевать, но теперь с четырьмя девушками в положении.