- И ты сделал ноги, – произнёс очевидную истину служивый.
- А что мне, ёб твою мать, ещё делать было?! Я бы там и подох, если бы не перевязал свою ёбаную шею! Я бы мог завалить этого хуйлана, но он носился как в сраку ужаленная молния! А потом ещё и злоебучий огненный шар с неба! – как можно эмоциональнее произнёс замаскированный герой. Оставалась лишь пара миллиметров до сонной артерии. Побег был мудрым выбором. Глупым же было испытывать свою удачу вскоре после.
- Да ладно, остынь. Ты, главное, выжил. А то много хороших ребят подохло за последние годы. Фаран милостивый, за что нам это? Ну так что, есть идеи, как вернуться на пост? – поинтересовался улыбчивый вояка.
- А вот хер знает. Пока выживаю через всякие чёрные схемы, а там – как пойдёт. В армии платят мало, зато стабильно. И кормят, – ответил «Мурта», пытаясь как можно достовернее походить на дезертира.
- Хе, думаю, лучше тебе не испытывать свою удачу, а то мало ли, я-то отпущу тебя, а вот остальные… Рвани лучше на запад, в Гандирак. Там из наших никого нет, тебя не найдут, – посоветовал Молрет, искренне желая своему другу выкарабкаться из всего этого.
- Херово жизнь складывается, дружище, – посетовал герой от имени неудачника-забулдыгии.
- Да не переживай, ты такой не один. Давай я лучше заплачу по твоим счетам, раз уж у тебя жизнь идёт по пизде, – предложил Молрет, давая своему другу отличный повод расслабиться, после чего залпом выпил всю кружку своего пива. Киргот же и пальцем не притронулся к своей каше.
- Спасибо. От души. Ты, кстати, кого там конвоировал? Что за чухлики? – поинтересовался целитель чисто для вида.
- А, так это те, сельские быдланы, которые Кира породили. Нет, ты представь, его во дворец, а он принцессу завалил, – объяснил жизнерадостный солдат. Он действительно верил в это, и Киргот действительно сделал это – избавил мир от злобной Флер, оставив вместо неё лишь добрую Фрею, которую несколько часов назад он действительно «завалил» в шпагате.
- Так и чё, вы на его село за это наехали? – демонстративно поинтересовался «Мурта».
- Пф, ну конечно. Фух, давно я человеков не гонял, аж счастье наплывает. А то постоянно шлют на этих лютых нелюдей, а они все зубами и когтями рвут, до последнего, хоть за них и дают больше. С этими проще, ох я и повеселился с их девчулями! – выдал «добрый и жизнерадостный» солдат. Улыбка упала с уст Киргота, и теперь он резко начал менять мнение о Молрете.
- Не-не, ты чего, это ж наши, совсем ёбнулся? – не выдержал целитель, выдав свои истинные эмоции, но сумев сохранить стиль речи.
- По мне, так ёбнулся тут ты. Давай только не строить из себя святош, мы убивали нелюдей, грабили их дома, трахали их женщин, а потом продавали детей за пару золотых. Что меняется от того, что капитан тыкнул пальцем на людей? – заявил уже не такой улыбчивый вояка. Он был в шаге от того, чтобы рассмеяться над своим подобревшим товарищем, на что тот мог лишь через силу посмеяться над собой. Его искренне шокировало такое отношение, ведь его опыт состоял лишь из мелких обрывков воспоминаний захватчиков, да трёх солдат из дворца, почти что не выходящих за его стены. А теперь Молрет утверждал, что на нелюдей они охотились не потому что они какие-то не такие, а просто потому что им правилось убивать, насиловать и продавать людей, даром что с ушами и хвостами. В армии твоё сердце черствело, ведь тебя натаскивали быть жестоким зверем по отношению ко всем, на кого покажет старший по званию.
- Не, ну твоя правда, я просто ебу, как так можно – своих же ломать. Щит человечества, все дела, и всё это шлётся нахуй, раз уж среди них родился предатель? Что, если взбунтуются другие сёла? – Киргот решил поинтересоваться мнением со стороны, чтобы узнать, как же королевство это объяснит.
- Да не боись, наши церковники уже устроили им анафему, что у них там еретический культ, так что кого это ебёт? План капитана. Умный мужик, – смело заявил Молрет, которого нисколько не волновали судьбы бедных крестьян.
- Хе… Хе-хе. Хотел бы и я там побывать, – через силу отшутился тот самый герой-целитель.
- Да, здорово провели мы там с мужиками время. А вот самую пиздатую бабу себе забрал капитан, ни с кем не поделился. Жаль, как там её, Анька вроде. Вроде как мамка этого Кира. Просила остановиться, думала, мол Леонард – это сам Кир. А потом выебал её прямо на глазах у её муженька. Тот вырвался, правда, сразу на копья нарвался. А та раз – и язык себе насмерть укусила! Вот умора! Пхахахахаха! – заявил Молрет, и громко засмеялся, крайне серьёзную ошибку. После этих слов Киргот вовсе перестал делать даже намёки на улыбку. Анна, Курт – эти люди заменили родителей для бедного деревенского сироты, и теперь их нет. Лишь благодаря любви и заботе Анны Кир и продержался так долго в этом безумном мире. Этот человек, что сидел перед ним, был таким же гнилым, как и все, кто ему встречался ранее в этом ужасном королевстве, но не он был виновен в преступлении. Киргот, нет, Кир, не просто горевал, он готов был растоптать Леонарда, позволить ему почувствовать, каково это – быть беспомощной жертвой. А для этого требовалось заманить его в ловушку, и первый её механизм с удовольствием был помочь своему «старому другу».