Император наклонился, взрезал кожух кирасы, засунул туда руку и вытащил кристалл. Рассмотрел его на свет и с улыбкой кинул мне. Светоч, что стоял на коленях обмяк, затем пораженно обернулся и пошевелил пальцами. Пленители осторожно отпустили его из захвата, но парень уже явно вернул контроль над доспехами.
Толпа в зале выдохнула. Через несколько секунд оставшиеся четверо тоже освободились от кристаллов и обрели власть над своими костюмами. Они все так же стояли на коленях, не в силах от стыда поднять глаза на Императора.
Но Анатоль, оглядев всех пятерых, подошел к каждому и сжал им руки, в ободряющем жесте, поднимая паладинов с земли. Он улыбнулся светочам и взглядом велел вернуться на прежнюю позицию.
Судя по всему, ДеВель все еще пользовался камерами журналистов и руководил прямой трансляцией. Экраны увеличили и показали эту сцену во всей красе. А следом появилось изображение Терония, который сжимал в бессильной ярости кулаки, а на скулах ходили желваки, словно он стиснул челюсти в выражении злости. Через секунду старик заметил, что его снимают и нацепил маску испуга и удивления, но было уже поздно — объективы камер уже успели поймать момент истины.
Анатоль положил ритуальный меч обратно на столик и вернулся к трону. Затем неспеша подозвал одного из охранников и потребовал аптечку.
— Возвращайтесь на свои места, угроза устранена, — успокоил Император собравшихся.
Народ стал садиться обратно в кресла, едва слышно перешептываясь. Судя по всему, охрану изрядно трясло от мысли, что могло случиться. Они прятали оружие и настороженно оглядывались, медленно приходя в себя. Понятное дело — с обычными врагами они бы легко справились, но убить светоча… К тому же ситуация была на редкость щекотливая.
Кто-то из техников включил вытяжки, едва слышно загудели вентиляторы, увеличивая приток свежего воздуха в огромный зал. Анатолю принесли аптечку, он положил ее на колени, открыл и достал пузырек с лекарством и баллончик с жидким бинтом, затем поднял голову и выразительно глянул на меня. Я посмотрела в ответ, не совсем понимая, что от меня требуется.
— Вам помочь, ваше величество? — спросила я, подходя ближе.
— Да, — улыбнулся он. — Постоять немного смирно!
Я действительно замерла, то ли от удивления, то ли от внезапной робости, а Анатоль ободряюще улыбался, регулируя разбрызгиватель на флаконе. Он быстрыми и нежными движениями промыл рану на ноге, срезав часть штанины протекторовской формы. Затем заставил вытянуть руку и, крепко держа меня за запястье, обработал порез на предплечье. Некоторое время он молча лечил мои конечности, заклеивал быстро застывающим составом ожог на виске и оттирал кровь с лица. Я не выдержала и тоже намочила лосьоном несколько кусочков бинта и промокнула разбитую губу Анатоля, когда тот закончил обрабатывать мои ранения. С запозданием в секунду я поняла, что этот жест символизирует невероятную близость, общность и отчего-то смутилась. Анатоль благодарно сжал мою руку и тепло улыбнулся. Видимо, все эти манипуляции с лечением дали ему нужное на размышление время.
Я отступила чуть в сторону от трона, оставаясь поблизости и начеку, но не мешая официальной части.
— Вот поэтому я и хочу переформатировать магические устои в нашей Империи, — со смехом произнес Император, глядя в камеры ярким и незамутненным взглядом. — Тероний, выйди уже ко мне, я безмерно устал от этого балагана.
Старик, чуть опешив от такого приказа, под взглядом сотен зрителей, прошел к сцене.
— Господин, я виноват перед вами! Мою магию заблокировали, и никто из протекторов не мог вам помочь. Наши враги использовали древнее заклинание…
— Стоп! — поднял руку Анатоль, затем глянул на окровавленное запястье и устало уронил руку на колени. — Хватит! Ты знаешь, кто виноват!
— Да, пришельцы из зараженных миров! — старик гневно указал на меня и ДеВеля. — Они хотят усилить свое влияние! И в который раз пытаются вас убить!
— Хватит! Твои грехи уже давно очевидны всей Империи! — разозлился Анатоль. — Я надеялся, что ты, в память о моем отце и былых заслугах все же одумаешься и откажешься от своих планов. Но в жажде власти ты слеп, Тероний! И не осознаешь, какие разрушения ты уже посеял. Своим поведением ты дискредитируешь всех магов Империи, а ведь большинство из них — достойные люди. Но при слове «протектор» все будут представлять тебя!
ДеВель выбрал удачный момент, чтобы пустить по экранам запись, где старик, как болельщик, чей спортсмен проигрывает, показывает массу эмоций, глядя на покушение на Анатоля.