В дверь постучали, прервав рассуждения ДеВеля. В комнату через секунду быстро вошел вовсе не светоч, что стоял на страже, а сам Анатоль. Его лицо, казалось, выражает целую гамму противоречивых эмоций, отчего я не смогла определить доминирующее настроение Императора. Через секунду завыла сирена, оповещая жителей дворца о неизвестной угрозе.
Анатоль произнес, сразу давая ответ на массу невысказанных вопросов:
— Прости, что отвлекаю, но у нас большие проблемы с Теронием… Идем!
Я схватила небольшую шкатулку со столика, где лежали нужные мне артефакты, и побежала следом за ДеВелем и Императором.
Через несколько минут мы стояли у входа в камеру Протектора, у самой распахнутой двери лежали двое охранников из числа низкоранговых светочей. Судя по всему — мертвые, хотя явных повреждений видно не было.
— Еще минуту назад он был здесь! — прорычал Анатоль, я же быстро огляделась, ощупывая пространство вокруг в поисках следов магии и самого старика. Поймав его четко различимый след, я побежала по коридору, превозмогая колющую резкую боль в голове и ребрах.
— Это может быть опасно, не кидайся в бой! — предостерег меня на бегу Анатоль, словно уловив мое состояние, но я лишь раздраженно мотнула головой. След привел меня в тронный зал, у огромной двери я на миг остановилась и положила руку на грудь Императору, заглядывая в глаза.
— Это — моя битва, не вмешивайся. Я привела магов в Империю, я положила начало этой истории, дала ход событиям. И мне нужно положить конец! Не мешай мне, это — мой долг.
Император вздохнул и склонил голову, так и не дав согласия, затем толкнул дверь. Я выставила щиты, укрепляя защиту и ворвалась в зал вслед за Анатолем. По стенам, наподобие странных панно, на разной высоте от пола висели чиновники, министры и консулы, зафиксированные осколками льда, и судя по крови, стекающей по деревянным панелям, не все из них были невредимы. Широкий стол, за которым проводились совещания правительства, был отброшен к стене, а в кресле с высокой спинкой сидел Тероний и смотрел на меня с легкой улыбкой. На подходах к нему грудой лежали мертвые паладины и охранники, которые пытались остановить старика.
— Как здорово, что вы зашли! — воскликнул он, всплеснув руками и выпуская на нас мощную магию. Но мои щиты выдержали атаку, Анатоль тоже лишь едва заметно замедлил шаг под натиском старика. Я покачала головой и молча смотрела на Терония, давая тому возможность высказаться, в то же время усиливая защиту и оттесняя протектора с его позиций. В дальнем конце зала раздались крики и шум падения — освободились первые из придворных, когда исчез сковывающий их лед. Анатоль бросился выводить из зала пострадавших, пока не вмешиваясь в нашу с Теронием битву, ДеВель помогал в этом, а также останавливал охранников, что порывались принять участие в захвате протектора. Правильный шаг, неподготовленные люди могут погибнуть еще на подступах к магу.
Старик молчал, лишь его руки до боли сжимали побелевшими пальцами подлокотники трона. Я сделала еще шаг вперед, тихо прошуршав пышным платьем, под полными ужаса взглядами раненых людей, скованных окровавленным льдом. Я ощущала, как в моей груди разгорается жар ярости, как он начинает бросать желтые отсветы в глаза, как кисти рук покрываются едва заметными языками пламени.
— Ты позор всей магической расы, — хрипло проговорила я, делая еще один шаг, словно преодолевая сопротивление невидимого потока. — Ты — пятно гнили на образе волшебника.
— Я поднял Империю из руин! Я отдал ей все, что было — моя беременная жена погибла при покушении на Брахона, — выплюнул мне в лицо Тероний. — Я лишился всего, чтобы Империя могла существовать! Да что бы она делала без меня! И вот как мне отплатили?! Ни уважения, ни благодарности! У меня никогда не было сотен лет в запасе, я не мог подобно лидорианцам жить вечно! Все то немногое время, что мне было отпущено, я отдал! Сначала высокомерному Брахону, который считал, что перерос мои советы. Погибла его жена, и что же? Да ничего! Прошла бы пара сотен лет, и он бы пережил это, да скорбел бы, но ведь есть еще целая вечность! Я позволил ему остаться человеком, умереть достойно и вовремя!
Тероний гневно скривился, а я ощутила волну ярости от Анатоля. Он сам, из первых уст услышал признание в убийстве своего отца. Я стала опасаться, как бы он не кинулся в атаку.
— А теперь ему на смену пришел этот щенок! И посадил меня за решетку, как нашкодившего простолюдина! Вам придется признать, что я — это и есть Империя, и если умру я — погибнет все!