Я увидела, что с меня не сняли денег за груз медикаментов, и спросила у Эльмарко, почему не провели платеж.
— Это извинения от лица коменданта станции «Бионс». В качестве компенсации, Империя оплатит не только лекарства, но и содержание квартиры пилота ДеВеля на два года.
Я удивленно вздернула бровь, и этот жест вызвал в сидящем напротив капитане волну негодования.
— Я хочу, чтобы вы поняли — ни я лично, ни комендант станции, ни Империя не одобряет насилия, и то, что вы устроили в баре — действительно чудовищно. Но мы можем вас понять, в конце концов, вас спровоцировали на подобные действия.
— Это точно, — процедила я. — Нижние уровни этой станции… действительно чудовищны. Вы не боитесь эпидемий? Там тысячи людей, которые не мылись…
— Довольно давно, — кивнул Эльмарко. Он не выглядел задетым моим выпадом, но было видно, что его этот вопрос глубоко волнует. — Поймите, Империя только что пережила чудовищную войну с зансиви, а «Бионс» принимал в ней прямое участие. Сейчас только восстанавливается нормальное сообщение между системами и зализываются раны. В центральных мирах мы уже вернулись к прежним показателям жизни и теперь усиленно занимаемся развитием отдаленных областей.
Я примирительно пожала плечами.
— Ничего, я все понимаю.
Эльмарко вздохнул и откинулся на своем кресле.
— Требуется немало сил, чтобы организовать достойные административные центры. Чаще всего наши усилия идут не на поставки оборудования или улучшения, а на противодействие человеческой природе. Возьмите хотя бы Корка. Его брат был куда способнее, он выкупил звездолет, вступил в Имперский флот в качестве ассоциативного члена, работал и зарабатывал.
— Но погиб.
— Да, при последней атаке зансиви на «Бионс». Звездолет тоже пострадал, но после двух недель в ремонте, он уже мог летать. Корк получил корабль по наследству, у него уже было свое жилье. Так что мешало ему начать жить? Нет, ведь куда проще выполнять два-три контракта в полгода и пропивать деньги в одном из нижних пищеблоков.
Эльмарко вздохнул, затем сцепил руки и уперся локтями в столешницу, чуть подавшись ко мне и заглядывая в глаза.
— Поймите, мы — Империя — даем все для достойной жизни. Все возможности, а кое-что и просто дарим. Но немало людей просто не хотят большего. Их не устраивает грязь на нижних уровнях только на словах, а не когда нужно проводить адекватную утилизацию отходов. Они хотят абсолютно бесплатной медицины, включая пластическую хирургию, но сами не думают трудиться и платить налоги, чтобы Империя могла заплатить медикам их честно заработанную зарплату. А открытых вакансий на станции — полно, для любой профессии, уровня развития и технических навыков…
— Капитан, — я улыбнулась, — все в порядке! Я понимаю и вас, и Империю, действительно понимаю. Но на мой взгляд, ваша доброта и гуманизм не всегда приносят пользу.
Настала пора Эльмарко ехидно вздернуть бровь. Было странно наблюдать за этим мужчиной. С одной стороны, он умен, обладает очень тонким восприятием и высокими моральными ценностями, с другой, это так сильно не вяжется с его грубыми чертами лицами и медвежьими манерами.
— И что вы имеете ввиду?
— Я не планирую критиковать Империю и ее политику, — осторожно проговорила я, дипломатично уходя от ответа.
— Тогда я спрашиваю исключительно в рамках философского спора о человеческой природе и любви к бесплатному сыру.
Пришлось вздохнуть и развести руками.
— За мою жизнь я наблюдала несколько различных миров, в которых не было таких проблем. Ни нищих, ни разбойников, ни лентяев. Это достигалось разными способами. В «добродушном» Ватмааре правитель не делал ничего, совершенно. Но так как город населен чудовищами, демонами и прочими милашками, то все, кто был нежелательным гостем, просто становились кормом для местных. А если могли выжить — занимали свою нишу в городе или же убегали со всех ног.
Эльмарко скривился, как от кислого фрукта.
— В Леаре все было гуманнее, но проходило под личным контролем правительства. У нас портовый город, как следствие, прибывают корабли, а на них — множество народа. И многие, видя наше изобилие, желают остаться навсегда. Всех нелегальных гостей отлавливают, раз в неделю проходит смотр улова. Если есть свободные вакансии, приезжим предлагают их занять. Все упирается в таланты человека. Если это одаренный музыкант, мастер или воин, то ему будут всегда рады. Но такие личности чаще всего и не приезжают тайком в трюмах кораблей. Поэтому, в итоге мы получаем толпу необразованных, ничего не умеющих и, что куда хуже, ничего не желающих делать людей. Им дается выбор вакансий, которые они могут потянуть…