— Сумасшедшее бесстрашие?
— Нет, сомневаюсь. Самоубийственные атаки свойственны только многочисленным народам и видам, а эти практически индивидуалисты. Их мало, и они совсем бы вымерли, если бы так кидались в бой.
— А если они обладают телепатией, например? — предположил ДеВель, усаживая меня за стол в каком-то очень тихом и безлюдном месте.
— Они бы поняли, что все корабли в системе вооружены и готовы воевать до последнего, — с досадой покачала я головой. — Не стыкуется… Ничего не стыкуется!
Мне хотелось встать и начать мерить шагами окружающее помещение.
— Когда мы уничтожили корабль, второй противник просто бежал, словно был поражен и напуган…
— Это стало для него неожиданностью… — проговорил ДеВель, как мне показалось задумчиво. — А на что ты намекала, когда говорила о каналах связи?
Я вздохнула и ощупала поверхность столика, осознав по его квадратной форме, что мы находимся в жилой каюте корабля.
— У меня есть предположение… это просто догадка, предчувствие, без доказательной базы и лабораторных исследований, которые я бы могла предъявить широкой публике и не быть осмеянной лучшими умами галактики…
— Заинтриговала, говори уже! — не выдержал пилот моего сарказма в адрес первого советника.
— А что, если мы на мгновение представим себе: со сместителями Империя уже встречалась. Когда-то прежде эта встреча уже была, равно как и возможность для врага исследовать нас и все, на что мы способны. И вот, они выбирают цель, где по их данным есть чем поживиться, но не так много войск. Они высылают туда два супер-истребителя, два огромных корабля для уничтожения, которые идут на прорыв и справедливо ничего не опасаются. Они действуют разумно — сначала медлят, исследуя на всякий случай систему, сканируют все, подслушивают. Выясняют, где сидит главнокомандующий и сразу бросаются в атаку на него. Это разумно! Уничтожь лидера и наступит хаос, хотя бы на время, пока командование не определит замену. А после они уже могли бы разгромить легкий и не опасный для них флот. Заметь, к планетам они вовсе не подбирались. Шли сначала курсом на «Бионс», а после уже на «Дарион-74».
— Разумно, — так же задумчиво протянул ДеВель, затем звякнул чем-то и забулькал, словно разливал что-то в стаканы. — Но… Если эта раса не гуманоидна, у них может быть совершенно чуждая логика. Или, например, они не убили Дестерта Рада, а просто изъяли его с «Кортратса» и хотели с ним вести переговоры, а мы, решив, что он убит, пошли в атаку. А те в свою очередь защищались.
— Логично, — неохотно согласилась я. — Но давай мы оставим эту возможность на изучение дипломатам Империи и ее ксенологам. К тому же, зачем они тогда кинулись на нас и «Дарион-74»? Лучше пока поищем доказательства или опровержения моим предположениям.
— И как?
— «Платинум», будучи крейсером, имеет необходимое оборудование для связи с любой точкой Империи?
— Ну, не с любой, а с такими же пунктами связи на планетах и крейсерах. Туда поступают команды генерального штаба, а уже с местных точек по обычной связи информация распространяется по станциям и мелким судам систем. Еще мы имеем возможность залезть в базы данных, расположенные на ключевых объектах, вроде «Асвиора», Гиры, Крааморта и других. Что нам нужно искать?
ДеВель встал из-за стола и щелкнул по панели терминала, тот издал приветственный писк и запустился. Я пошарила рукой по столу и нашла бокал с чем-то жидким и вкусно пахнущим, что и было мною с удовольствием выпито. От беседы в горле изрядно пересохло.
— Они летели из беззвездной тьмы между галактиками, непривычными тропами. Давай попробуем посмотреть в том направлении, откуда они прилетели, и узнаем, а было там что-то, вызывающее подозрение? — мой пилот попытался возразить, но я подняла руку и прервала его высказывание. — Послушай, да, у врага есть супертехнология, которая позволяет им прыгать в пределах магнитных аномалий. Но давай мы просто предположим, что они летели своим ходом.
— Черт! — вдруг выругался ДеВель. — А ведь ты права! Что им мешало находиться в то время в дрейфе? Я видел записи с телескопов! Враги летели довольно быстро, но, если верить гравитационным радарам, их оболочка не шевелилась, они словно замерли. И уже потом начали проявлять хотя бы визуальные признаки жизни… хорошо, сейчас гляну. Кстати, уже поздно, на столе в стеклянном пузырьке капли — закапай в глаза. А рядом, справа, койка, можешь прилечь. Я разбужу тебя, когда что-нибудь найду.
— Не хочешь, чтобы я слепо сопела у тебя за плечом и задавала наводящие вопросы? — я рассмеялась и нашла пузырек. — Выключи свет на минутку, мне нельзя глаза засвечивать.