– Это ошибка, компьютер! Я его сразу не узнала, я просто увидела, что кто-то бежит на меня, кто-то атакует!
Ее голос потонул в шуме выстрелов и грохоте рушащегося здания, но компьютер понял и спокойно ответил:
– Подтверждение.
Флейм расслабилась и опустила гранатомет.
Когда наступила тишина и обломки перестали падать, Тернер медленно поднялся, не обращая внимания на то, что к спине прилипли кусочки стекла и штукатурки. Увидев выпачканный кровью комбинезон Флейм, он еще больше насторожился.
– Я слышал крик, – сказал он. – Что случилось? Что здесь произошло?
Флейм недоверчиво смотрела на него.
– Ты давно в селении? – спросила она.
– Только что прибыл. Кто кричал?
– Я. – Беззвучно она добавила: – Компьютер, он говорит правду?
– Подтверждение.
– Ты? Почему ты кричала? – искренне удивился Тернер. Он был убежден, что кричал кто-то из местных. Узнав, что кричала она сама, Тернер пришел в замешательство. – Что-нибудь не так? – спросил он.
– Нет. Все в порядке, – ответила она. – По крайней мере в том, что касается тебя. Я просто разозлилась. Ты отлично поработал со здешними людьми, Слант. Я не смогла найти никого, кто бы признал свою нелояльность.
Тернер постарался сохранить на лице удивленное выражение, надеясь, что выглядит искренним.
– О какой работе ты говоришь? Я только что пришел. Я ничего не делал с этими людьми.
– Я знаю, что говорю, лживый ублюдок, – задохнувшись от ярости, процедила Флейм. – Я не знаю, как тебе удалось, но каким-то образом ты это сделал. Все, кто может изъясняться на интерлингве, клянутся в верности.
– Правда? – Тернер изобразил притворное облегчение. – Я же говорил, что они лояльны.
– Ой, прибереги свою проповедь для священника! Ты не хуже меня знаешь, что за пределами Солнечной системы нет планет, которые сражались на стороне Древней Земли.
– Я и не спорю, – мягко ответил Тернер. – Я сказал, что они лояльны. А о том, что их предки сражались за Древнюю Землю, я не говорил. Эти люди так и не узнали ничего о войне.
Некоторое время Флейм стояла молча, затем спросила:
– Компьютер, ты слышал? Он признает, что они не боролись за Древнюю Землю.
– Подтверждение.
– Они не знали, что идет война, только и всего, – объяснил Тернер. – Кроме того, речь идет о предках этих людей. Они жили триста лет тому назад. А мы говорим о сегодняшнем поколении людей. Они лояльны. Если я правильно тебя понял, они сами сказали тебе об этом.
– Ну, хорошо, они сказали мне об этом. Но это вранье и еще раз вранье. Эта планета никогда не была лояльной. Их предки не участвовали в борьбе. Все они предатели.
Тернер вздохнул.
– Но то были их предки! Неужели тебе не понятна разница?
– Не имеет значения. Если их предки были предателями, значит, они тоже предатели.
– Однако предки их предков – все были с Древней Земли. Если смена поколений не имеет для тебя значения, значит, все эти люди – с Древней Земли и поэтому не могут быть врагами.
Флейм уставилась на него.
– Вздор!
– Такой же вздор, как и твои слова.
Флейм обратилась к компьютеру за окончательным решением:
– Компьютер, они лгут! Они не могут быть лояльны!
– Фактов, доказывающих данное утверждение, нет. Все факты свидетельствуют в пользу того, что население планеты осталось верным Древней Земле и, следовательно, является дружественным. Однако была договоренность о допросе трех разных селений. Запрос: продолжение допросов.
Тернер выжидающе смотрел на Флейм.
Целая гамма чувств отразилась на ее лице: сначала надежда, затем гнев, который сменился работой мысли, и, наконец, отчаяние. Она тяжело опустилась на землю.
– Нет, – с неохотой произнесла Флейм. – Раз уж Слант проделал этот трюк однажды, он вывернется и в следующий раз, то же самое будет и в других городах.
– Я ничего не делал! Все произошло без меня! – произнес Тернер.
– Да делал, делал! – ответила Флейм. – Уж я-то знаю. Но я не могу спорить. Ты победил. По крайней мере сейчас.
– Значит, ты признаешь, что Дест – дружественная планета?
– Нет. Я просто не могу доказать обратное. На твоей стороне целая планета, а в моем распоряжении всего лишь сильно поврежденный компьютер. Он не слушается меня, несмотря на то, что я могу покончить с ним в любую минуту.
Тернер улыбнулся и перешел на внутреннюю связь:
– Слышишь, компьютер? Она признает, что больше не может предоставить доказательств враждебности планеты, в то время как я и все другие люди говорим, что она дружественна. Что ты скажешь?