Вторая попытка была гораздо осторожнее. С трудом удалось встать на четвереньки и выползти из лужи. Брысь с факелом в руке показывал дорогу к спасительной суше.
- А ты оказывается из рожденных ползать! Неожиданно! - продолжал издеваться демоненок, а у мага сил на разговоры просто не осталось.
На берегу Брысь начал хлопотать, помогая переодеться в сухое и пытаясь развести костер. Мокрые ветки никак не желали разгораться. Брысь щедро плеснул из бутыли для ускорения процесса воспламенения.
Дикин сразу вспомнил, кто он и для чего предназначалась бутыль:
-Ты зачем? Как?! Брысь! - от возмущения он не смог дальше продолжать.
- Тебя забыл спросить! Лежи тушей и не вякай, твоё чародейство! – Брысь еще раз щедро хлюпнул огненной воды из бутыли на сырые дрова, а затем сунул бутыль с остатками магу в руку. - Хлебни согревающего, а то утром тебе будет начихать на продолжение спасательной экспедиции. Всё не вылакай, оставь и для наружного применения.
В конце концов костер разгорелся и немного разогнал кромешный мрак.
- Ничего, прорвемся, не тужи, дурень! Найдем твою арфу! Может договорчик подпишешь?! Кровью? - попробовал подольститься Брысь, понимая что в этом состоянии Дикин вряд ли что-то соображает, но и здесь претерпел полное и окончательное фиаско - маг уснул, согревшись, то ли выпитым, то ли от пламени костра.
- Да что ж это за день такой сегодня?! - возмутился демоненок в сердцах. - Ладно уж завтра-то ты от меня не отвертишься! Все подпишешь, сволочь!
В сладких мечтах о славе лучшего агента по скупке душ вредный малыш и уснул, видя себя полновластным владельцем адского трона. Всю ночь грезилось ему, как он всех своим недоброжелателей прижал к ногтю. О, как они униженно лобызали пыль у его ног. А его демоница не сводила с него восхищенных глаз!
А над его троном было начертано огромными огненными буквами: Владыка Ада — Брысь!
Владыка Ада?! Наконец-то, сбылась его самая заветная мечта! Но почему Брысь? Грезы об адском престоле сменились кошмаром о демонах-повстанцах, которые портили ему жизнь покушениями. Вот поганцы, да как они смеют злоумышлять на своего повелителя?!
При этом Брысь ни разу не вспомнил о том, что во сне захватил это тепленькое местечко самым что ни на есть незаконным путем, свергнув в пучину огненную Люцифера с Вельзевулом! Да и кто помнит такие мелочи?!
Бджистраст - не тварь дрожащая и право на подлость имеет! Раздумья про тварь дрожащую особенно показались милыми его сердцу, но где-то в самой темной каморке черной души затеплилась мыслишка, что эта чудная фраза честно стырена у кого-то знаменитого, и это еще сильнее радовало. Ведь смысл всей его жизни состоял в том, чтоб украсть, опорочить, оболгать, обмануть, обмишулить, обжулить. Это ж просто ароматная сера для адской сущности. Бальзам на душу!
Отбиваясь от обнаглевших узурпаторов, Брысь так метался, что копытцем больно лягнул Дикина в живот.
Пробуждение чародея ознаменовалось болью и синяком. Маг с трудом поднялся и потянулся. Все тело болело от долгого лежания практически на голой земле. «Ох, Лирра, и где же ты взялась на всю мою больную голову?!» - подумалось ему.
Костер погас еще ночью. Край неба на востоке начал розоветь - верный признак того, что скоро встанет солнце. Возможно, им повезет, и день будет ясным.
Дик снова попробовал прибегнуть к магии, но, увы, ничего не поменялось. Из всех магических способностей осталась только одна - вызывать пламя, да только огонек был таким слабеньким, что от него впору прикуривать.
- Магшество уже проснулось! Чего топчешься, как бегемотяра! Разбудил меня, сволочь! - Брысь, привычно ворча, вскочил, метнулся куда-то за дровишками, ловко отыскал в золе пару угольков и быстро развел костер. Потом снова исчез в зарослях, на некоторое время его ворчание утихло, и вновь возобновилось, когда с победным видом, торжественно выпячивая свой круглый животик, он появился из кустов, держа за хвост двух здоровенных крыс.
- А вот и наш завтрак! Гляди, какие откормленные, жирненькие! – Бджистраст попытался ткнуть грызунами в нос магу, но затея не сработала.