- Прости нашу наглость, демон третьего класса седьмого наивысшего разряда, но в иных ипостасях тебе придется показать свой настоящий вид, что для всех нас сопряжено с неприятностями в виде повешения или сожжения. Или ты готов расстаться со своей драгоценной жизнью ради своих принципов?
-Уел, ты меня, магшество, уел! Я нужен аду, чтоб вести демонов, бесов, чертей и прочих ловцов душ к полной и безоговорочной победе над нашими врагами! - Брысь преисполнился величия.
- Гляди, лопнешь от важности! Ад не переживет такой потери! – проговорил бес.
Дикин едва не поперхнулся от неожиданных слов Виля. Вот так бес! И хотя голос был елейный и подобострастный, все сказанное прозвучало просто издевательски.
- Не боись. Я ж демон третьего разряда! В три раза больше могу делать гадостей, пакостей, козней, а также лгать, воровать, подбивать, порочить, судьбу пророчить.
- Вот и рассмеши всех в три раза больше, чем обычно, - докончил фразу Дикин.
Вместо сцены использовали телегу, щедро предложенную одним из тупиковцев в качестве входного билета (правда, только на время шоу, но приятели и не претендовали на право собственности: не самим же в нее впрягаться?). Немудрящий реквизит был извлечен из вещмешка Дикина. Он напялил поверх дорожной одежды черную мантию, предварительно вытряхнув оттуда набившиеся в нее сор и крошки. Из кушака свернул себе чалму, которую украсил пером из хвоста пробежавшего мимо петуха.
Петух возмущенно взлетел на забор и начал громко браниться на своем птичьем языке. Судя по восторженным взглядам курочек, которые собрались у плетня и с обожанием на него взирали, он явно был местным авторитетов среди всего куриного племени. Правда, долго ему не удалось наслаждаться бременем славы: Брысь ловко сбил его с забора метко брошенным камнем. Но тревожиться за его судьбу не пришлось: петух громко с возмущением квохтал в зарослях крапивы и лопухов, жалуясь курам на несправедливость, царящую в мире.
Брысь сидел на телеге и болтал ногами в воздухе: он был и так уже одет, как клоун.
Виль занимался последними приготовлениями: сбегал куда-то в поисках легковоспламеняющихся жидкостей, затем разделся по пояс и расхаживал вокруг телеги, поигрывая впечатляющими мышцами и подмигивая крутобедрым дебелым поселянкам, которые начали по надобности и без оной проходить мимо заезжих артистов. Крестьянки глупо хихикали, перешептывались и вовсю глазели на Виля.
- Ты еще догола разденься, придурок! - возмутился Брысь, на которого ни одна из деревенских прелестниц самым возмутительным образом не обращала внимания.
-Зачем? Будь проще, Бдраст!
- Ты это, бес, не хами? А то фиг будет, а не повышение! - Бджистраст не собирался делать вид, что не заметил оговорки беса.- Разоблачись, говорю, совсем, и без порток тут погуляй перед этими красотками!
- Раздеться говоришь? А это мысль! - Виль начал стаскивать штаны.
Глядя на дьявольское бесстыдство, Дикин был вынужден вмешаться:
- А если до жены дойдет, как ты тут развлекал народ?
-Думаешь?! - бес призадумался, а потом добавил.- Пожалуй, ты прав. Даже не представляешь себе, как быстро сплетни распространяются. А все благодаря теще. Она у меня авторитетный источник информации.
Вечер подкрался незаметно. Под телегой скопилось много всякого добра, принятого в качестве входных билетов. Вся деревня от мала до велика собралась на представление.
Первым вылетел на телегу Брысь:
- Дамы и господа!
Жители Тупиков растерянно начали оглядываться по сторонам, пытаясь разглядеть вышеозначенных особ.
- Сегодня, в первый и последний раз, пред вами выступит Дик, который ногами в навоз влип!
Народ одобрительно захлопал и засвистел.
- Поскользнулся, покачнулся
С головою окунулся!
Деревенские жители хохотали, как дети: грубоватый и постецкий юмор был понятен и приятен. Брысь изобразил пантомиму о приключениях фокусника. Публика одобрительно свистела и хлопала в ладоши.
Пришла очередь выступать Дикину. Начал с карточных фокусов. Но хотя карты мелькали в его руках, летали змеей, Дик рвал и восстанавливал их из обрывков, народ начал скучать. Брысь издевательски хихикал и комментировал каждый фокус в самых непарламентских выражениях. Маг не растерялся: