«А-а, не кресло», - почему-то разочарованно подумала она.
- Моя герцогиня, вы не рады? – белёсые брови императора опасно поползли друг к другу.
- А… я выражаю глубокую благодарность милости его величества, - Эделлэ пришлось мысленно напомнить себе о слоне, который абстрактно нападал на неё, чтобы заставить свой рот произносить нужные слова, а тело двигаться в соответствии с ними.
- Вас что-то отвлекло. Встаньте, - немного устало попросил Эйнар.
- Я слишком ошеломлена, ваше величество. Прошу вас простить меня за это, - Эделлэ неохотно поднялась во весь рост, очень быстро говоря. – Я ещё никогда не видела настолько великолепную комнату, - решительно созналась она в страсти, которая так внезапно вспыхнула внутри неё. – Как владелец множества месторождений, я питаю острую слабость к прекрасным камням. Особенно, если они мастерски обработаны, что позволяет их красоте вырваться наружу. Подарок его величества словно магическая длань, с помощью которой я смогу превратить все прекрасные камни из недр матери-земли в совершенное воплощение красоты. Это настолько захватывает моё сердце, что мне не хватает слов, чтобы выразить мои благодарность и восхищение. Простите меня, ваше величество, - она учтиво склонила голову, когда поток слов иссяк.
Внезапно послышался громкий вздох, слетевший с губ императора. Эйнар потёр рукой левую часть лица, ероша свои мягкие платиновые волосы, которые Эделлэ когда-то сравнила с перьями, но быстро запретила себе думать это в будущем, ведь речь шла об императоре, о котором она не собиралась вспоминать без необходимости.
- Что с тобой не так? – непонимающе тихо спросил Эйнар словно у самого себя. Он склонился к герцогине так, что его лицо приблизилось к её. – Тебе так нравятся камни, что ты просто сходишь с ума от них?
По телу Эделлэ прошла дрожь, и она едва подавила в себе желание зажмуриться, как делала это в моменты, когда её сильно ругали в детстве.
«Почему обращение стало неформальным?»
- Я не понимаю, о чём говорит его величество, - непослушными от страха губами вымолвила Эделлэ. – Я чем-то расстроила его величество? – она смотрела строго в пол, чувствуя, что император слишком близко. Его дыхание уже играло в её волосах.
Эйнар снова громко разочарованно выдохнул, выпрямляясь и хватая Эделлэ за руку, чтобы потянуть за собой.
- Я позволю тебе сесть в моё кресло и даже воспользоваться мои пером, чтобы подписать бумаги, - он просто тащил герцогиню за собой, обводя её вокруг стола. – Садись! Надеюсь, камень в моём пере тебе тоже придётся по вкусу!
- Ваше величество… - по телу Эделлэ прокатилась новая волна дрожи, из-за которой у неё подкосились коленки.
Она готова была упасть на колени и молить о пощаде. Но жёсткая рука императора не позволяла сделать даже лишнее движение.
- Сесть! – властно приказал он, грозно смотря на женщину.
Эделлэ не успела сглотнуть, как её тело послушно последовало приказу. Но наслаждения от восседания в кресле императора Эделлэ не испытала.
Эйнар с какой-то злостью схватил своё золотое перо с инкрустацией из мелких драгоценных камней и со звоном припечатал его к крышке стола прямо перед Эделлэ.
Герцогиня почти подпрыгнула на месте.
- Подписывай!
За окном грохнула молния.
«Мировая магия, он в бешенстве», - пронеслось в голове Эделлэ.
Она быстро схватила перо и дрожащей рукой поставила подпись под документом, ещё не осознавая, настолько глупа сложившаяся ситуация. И в этот момент Эделлэ охватила какая-то злость, поэтому перо императора отправилось на стол практически с тем же грохотом, что в и прошлый раз, когда он одалживал его герцогине.
Эделлэ гневно повернулась в кресле к императору, но в ту же секунду весь её гневный настрое испарился, как пар на заре.
Когда её глаза встретились с вновь окаменевшим холодным взглядом самого властного мужчины в стране, вернулось чувство страха.
Эйнар одной рукой упирался о крышку стола, а другую положил на изголовье своего кресла. Эделлэ нужно было повернуться в другую сторону, чтобы сбежать от императора, но она не могла себе этого позволить. Правила поведения запрещали вести себя столь неприлично.