***
Эделлэ сидела, как на иголках, делая вид, что наслаждается чаем. Но как можно испытывать приятные эмоции, когда на тебя смотрит такой человек, как император Санта Барасса?
- Почему у вас возникли сложности с покупкой ювелирного салона? – к счастью, на этот раз Эйнар пытался поддержать разговор.
- В столице трудно приобрести недвижимость. Мне удалось найти людей, готовых работать в салоне, но не сам салон. Поскольку я хотела сделать упор на обработку полудрагоценных камней, никто не желал продавать мне помещение. Полудрагоценные камни ещё не вошли в моду в полной мере. Это так же затрудняет поиск ювелиров, работающих с ними, потому что оплата ниже. Было много проблем, если так задуматься. В какой-то момент, наверное, я просто отложила их на потом. И в итоге они разрешились, - Эделлэ произнесла последние слова сдавленно, ведь упоминать о том, что произошло около часа назад, ей не хотелось.
Но воспоминания стали неизбежны, ведь Эделлэ по-прежнему сидела в кресле императора, когда он воспользовался стулом своего секретаря, поставив его рядом с Эделлэ.
- Герцогиня, вы когда-нибудь думали о переезде в столицу?
Император продолжал задавать неожиданные вопросы.
«Лучше бы его величество спросил про мой возраст. Мне было бы не так неудобно», - мысленно застонала Эделлэ, делая новый глоток душистого чая.
- Нет, пожалуй, меня никогда не посещала такая мысль, - герцогиня попыталась дать более развёрнутый ответ, чем ей хотелось. Однако она не могла отрицать, что сейчас разговор с императором не носил напряжённого характера. Чем дольше они беседовали, тем легче складывался диалог. – Не думаю, что смогу приобрести столько площади, сколько бы мне хотелось. В Свечном Дворе я располагаю частью леса и несколькими лугами, переходящими в три озера. После долгого рабочего сезона всегда приятно отдохнуть там. И если думать о целесообразности моего места жительства, то логичнее было бы уехать в Штайнхейм, ведь там находятся все мои шахты, проводятся главные аукционы и пролегает единственный прямой торговый путь в Сафертанию для оборота камней.
- Нет, - отрицательно покачал головой Эйнар. – Я бы не позволил вам уехать так далеко.
«И почему его величество думает, что может мне что-то запретить вот так? Хотя… может», - Эделлэ быстро подавила все гневные мысли из-за высказывания императора.
- С развитием магических технологий расстояние от Свечного Двора до первой шахты Штайнхейма уже не кажется таким далёким. Магия живых веществ развивается с каждым годом всё дальше и дальше. Это заметно облегчает путешествия, - Эделлэ очаровательно улыбнулась, ставя лёгкую фарфоровую чашечку на блюдце.
- Вы интересуетесь последними достижениями сферы живых существ? – Эйнар отчаянно придумывал вопросы, чтобы заставить Эделлэ говорить дальше.
Ему нравился её голос. Он успокаивал его, но в то же время порождал странное возбуждение в его мыслях и очень хорошо контролируемых чувствах. Однако о последнем Эйнар мог теперь поспорить. Даже его дочь не сумела вывести его когда-либо из себя. Но с той женщиной получилось… как-то само. А теперь и с этой.
«Они так похожи», - невольно подумал он.
- Не могу сказать, что слежу за этой областью достаточно пристально, - немного задумчиво протянула Эделлэ. – Меня обязывает род моей деятельности. Усиленные магией люди работают намного дольше, а самое главное, в случае несчастья они получают меньше повреждений. К сожалению, работа в шахтах не продлевает жизнь, а сильно укорачивает её. Поэтому министерство охраны живых веществ тщательно следит за соблюдением постулатов гуманизма. И я, наверное, не могла бы спокойно спать, зная, что камни забирают так много жизней. Камни не так просты, как кажутся. Они весьма коварны.
- Вы говорите это, как маг камней.
Эделлэ ощутила волну ледяного холода, внезапно окатившего её спину. Она понятия не имела, что ей пытался сказать император?
«Он подозревает меня? Он следил за мной и теперь подозревает? - прорезала её сознание первая паническая мысль. – Что ему известно?»