- Миртар? – позвала Илая аккуратно.
- Да, любовь моя, - отозвался юноша, нежно накрывая руку возлюбленной ладонью. Он знал, что жест не останется незамеченным и станет поводом для новых слухов, но не спешил сдерживаться.
- Ты встречался с королевой?
Он задумался:
- Мне довелось видеть её величество лишь мельком. Герцог… король ведёт все аудиенции самостоятельно, поэтому мне не выпала честь говорить с королевой ещё раз, - он намекал на день коронации, когда все выражали преданность королю и короне. Это едва можно было называть разговором. – Тебя что-то тревожит?
- Слухи. Который раз за сегодня слышу, что великая королева, - Илая подалась вперёд, переходя на шёпот, - безумна и сильно больна. Люди сомневаются, что она способна родить здорового наследника. Ещё немного и дурную кровь приплетут. Её величество маг, что делает ситуацию только хуже. Ведь у людей без магии не бывает ни болезненных всплесков, ни магического истощения. А они усугубляют любую болезнь.
Миртар так же начал говорить тихо, делая вид, что увлечён своей невестой, погрузившись с ней в интимный разговор.
- Я не могу назвать слухом, что покойный король дал согласие на изменение очереди наследования, когда покойный маркиз подал прошение из-за болезни старшей дочери. Если это ложь, то это большое преступление, - его чёрные густые брови сильно нахмурились. – Когда зашла речь о браке с императором, о болезни быстро забыли. Мой отец хорошо помнит то время. Я же стал внимательнее, когда случился тот скандал перед войной. Возможно, я был слишком юн, чтобы понять всю сложность ситуации. Но мой отец называл это преступлением чести.
Илая кивнула, потому что слышала эту историю тоже. Перед войной Эйольв заявил, что осквернил старшую дочь маркиза Мектилда. А позже самые низкие и грязные слухи облепили имя женщины, восседающей сейчас на троне.
- Однако ты знаешь, как он справлялся с такими слухами, - Миртар испытал неприятные ощущения. Он до сих пор не мог поверить, что Эйольв вызвал на дуэль и убил нескольких человек, защищая честь супруги. – Что говорит твой брат?
Илая вздохнула, мягким жестом поправив покрывало на голове. На секунду ткань приоткрыла вид на её белую шею. Взгляд юноши стал острее.
- Он ничего не говорит после возвращения.
- Любовь моя, это прозвучит странной просьбой, - Миртар сплёл свои пальцы с её, чувствуя, как взгляды окружающих прожигают его спину. – Я хочу, чтобы ты поговорила с ним.
Илая немного недоверчиво посмотрела на своего жениха.
- Любовь моя, но это только слухи.
Он покачал головой.
- Это ложь, любовь моя, - проговорил Миртар спокойно и уверенно. – Король не тот человек, которому необходимо лгать или скрывать что-то.
Девушка задумчиво кивнула.
- Король теперь не одинок, Миртар. У его супруги могут быть свои секреты, которые он бережёт.
Миртар смотрел прямо в её тёмные томные глаза, обрамлённые густыми чёрными ресницами:
- Если и существует правда, которую король желал бы скрыть, мы бы никогда о ней не узнали и продолжили жить в неведении.
- Тогда почему существует эта ложь?
***
Тёплым летним вечером к началу долгожданного события прибыли послы из Прабоны, Красного Шеола, Веноса, Эсфера и Мекигании. Они предупредили о прибытии недавно, поэтому Варне пришлось постараться, чтобы на балу присутствовали люди, свободно говорящие на языках соседних стран.
На большей части материка люди использовали старый общий язык. Амеллэ желала сделать важным гостям приятное, поэтому распорядилась о приглашениях для переводчиков и ещё нескольких женщин, происходящих родом из стран, соседствующих с королевством.
Константин долго извинялся перед королевой, отказываясь от чести сопровождать посла Прабоны. Он хорошо знал нравы своей бывшей родины, понимая, что в нём ещё долгие годы будут видеть предателя. Константин не собирался оправдываться, что его судьба - это выбор его родителей, которые покинули Прабону и прибыли на службу в Скегги Роалд, преследуя тривиальные цели выжить. Они практически сбежали из Прабоны в тяжёлые времена. Мужчина не видел смысла прилагать усилия ради призрачной надежды, что посол изменит о нём своё мнение. Его давно не заботили подобные мелочи, ведь они больше никак не сказывались на его военной карьере.