- Может, там есть что-то, с чем орден не готов столкнуться? – очень тихо сказала Афия.
Но на её слова никто не обратил особого внимания. Сама же Афия внимательно слушала, не желая рассказывать об услышанном на корабле с рабами о том, что звалось Глорией. Она не считала себя умной женщиной, способной видеть важные мелочи в больших вещах. Но одно Афия знала точно, ещё не настало время, когда они готовы встретиться с существами, обитающими на Загадочном континенте. Одна вера людей Грейс в мировую магию не могла вместить в себя добрых и проклятых богов, которым поклонялись те, кого рабы из Чарда и Сарма называли нелюдями. А те странные существа, именованные апостолами, обитавшие во снах людей Геи, не имели никакого отношения к апостолам Палладии. Ведь у них были настоящие крылья, а не просто высокий выдуманный каким-то тщеславным человеком титул.
Афия смято улыбнулась, желая прогнать тревожные мысли о прошлом.
«В трюме корабля всегда темно и страшно, когда ты раб, не знающий завтрашний день. Там можно поверить в любых богов, в нелюдей и даже в крылатых апостолов», - заключила она, продолжая слушать разговор между Эделлэ и Элеонорой.
***
Аста покачивала сына на руках, беседуя с королевой Сафертании. Сладостный вечерний воздух, очищающийся от приторных ароматов полуденных цветов, лёгким шёлком обвевал кожу, даря ощущения нежности и неги.
- Кажется, мой юный принц заснул, - мягко проговорила императрица, лицо которой всё ещё скрывала лёгкая газовая ткань с нанизанными по краю кристаллами. – Даже он устал после столь великого свершения.
- Половина континента Грейс объединилась, чтобы пойти в новое будущее, понимание этого делает меня счастливой, но я тоже чувствую, как устала за этот день, - проговорила мягко Амеллэ. – Столько сильных эмоций опустошили и меня.
- Это ещё не половина, - Аста покачала головой. – До половины нам не хватает Сварты. Но боюсь, эта страна никогда не станет частью Восточного Альянса добровольно. Геноцид магов камней так и не показал им, что они свернули с верного пути и теперь живут во лжи. Порой меня удивляет, как они слепо верят, что орден Магической Длани не приложил к этому свою руку, - откровенно сказала она, не тая чувств.
- Прошу, матушка, не упоминайте такие ужасные вещи при юном принце. Я переживаю, ему могут посетить кошмары.
Амеллэ посмотрела на черноволосого мальчика, чью голову покрывал край вуали его матери. Сейчас только он мог видеть её лицо. Но Дьянго спал, утомлённый игрой с птицами и длинным насыщенным днём.
Невольно Амеллэ осознала, что хочет увидеть лицо императрицы, будто её взгляд мог принести ей успокоение.
- Признаться честно, иногда мне кажется, мы тоже идём неверной дорогой, - голос Асты наполнился печалью, когда она продолжила говорить. – Древние магические трактаты Сесриема вторят, в мире появляется всё то, что должно в нём существовать. И неважно, было это создано в самом начале или же в самом конце. На всё воля великой магии, на всё её замысел. Всему и всем есть место в её благосклонном лоне.
Амеллэ сначала не поняла, о чём заговорила великая императрица. Но затем вспомнила о роде Саладин и куклах колдуна. Существах, способных жить за счёт жизни других. В голове Амеллэ никак не укладывалось, почему Аста сначала вспомнила орден, а затем кукол колдуна?
«Между ними на самом деле есть связь?» - спросила она саму себя.
Она сглотнула, почувствовав, как внутри неё рождается клубок напряжения. Как бы она ни пыталась, а ей не удавалось разделить слова императрицы и сохранить спокойствие. То, что они пережили с Эйольвом противоречило им. Трагедия в Скегги Роалд не казалась замыслом главной высшей силы.
- Когда мы столкнулись в Станиоле с леди… с той женщиной… куклой, мне не показалось, будто мировая магия знает о ней или благословляет её на долгое существование, - уверенного сказала Амеллэ. – Эта женщина даже родила ребёнка, которого убила и сделала… Он был мёртвым рабом своей матери, - её голос слегка дрогнул. - Не только Станиоль, но и все города Скегги Роалд пали жертвой хвори, порождённой её чарами. А самое ужасное, под магическими башнями, прямо в колыбели источника жизни она хранила трупы людей, которым не позволяла магией вернуться к мировому потоку. Они остались в тюрьме её алтаря, чтобы служить её проклятому делу, - ей стало сложнее говорить, пришлось сжать руку в кулак. – Великая мировая магия создала ровно столько существ, сколько достаточно. А эти чудовища, которые убивают невинных людей, которые отнимают у них шанс на перерождение, разве это то, что задумала мировая магия, из лона которой мы все вышли?