- Перерождение… - задумчиво вымолвила Аста, внезапно вспоминая мужа. – Первый дар, который священен. Дар, даровавший нам друг друга вновь.
- Простите, матушка, я зашла слишком далеко в своих словах, - спохватилась Амеллэ, чувствуя, что дала волю эмоциям, когда вспомнила о Сиренити. – Я не хотела говорить так резко… это просто…
- Вовсе нет, вы сказали всё верно, напомнив мне, как ценно то, что мы имеем. Я не знаю, что ждёт нас в будущем, однако, я верю, все мы сможем вернуться в лоно великой магии, чтобы продолжить наш путь. Вместе или порознь, всё так, как должно быть.
Она снова говорила будто загадками, что немного смутило Амеллэ.
- Это прекрасное желание, которое я полностью разделяю. Я верю, наши пути ещё долго будут оставаться единой дорогой, - проговорила она, пытаясь отыскать взглядом лицо Асты под вуалью.
Амеллэ не видела лика императрицы, но ей показалось, будто та улыбается.
- Пожалуй, мне стоит уложить моего прекрасного принца в его постель. Он вновь отказался слушаться нянек, - нежно проговорила женщина, поглаживая спящего мальчика по руке. – Одно никак не могу понять? Меня уже который час мучает этот странный вопрос.
- Хм?
- Если к альянсу присоединяться страны запада, то называться «Восточным» будет уже как-то странно.
Амеллэ тихо рассмеялась, слыша, как осторожно смеётся Аста.
- Ах, такое ощущение, что название придумывал мой муж, - смеясь, сказала Амеллэ, позволяя себе высказаться на приватную тему.
- Тут я могу поспорить, - лукаво заметила Аста. - Мой драгоценный супруг едва не дал нашему сыну имя «Первый». Спасло лишь то, что в Шеоле давно существует чёткая система имён. Так что, «Восточный Альянс» вполне в его духе.
- Значит, между нашими благородными супругами есть что-то общее, - Амеллэ не могла перестать улыбаться.
- Я верю в крепкую дружбу между ними. В такую же крепкую, как наша, - Аста легко накрыла ладонью руку своей собеседницы. – Никому не говорите, что я коснулась вас, Амеллэ, - очень тихо вымолвила она, чтобы только королева смогла услышать её.
«Ох… никто не имеет права прикасаться к ней!»
- Конечно, матушка, - немного нервничая, прошептала Амеллэ.
- Пусть мировая магия подарит вам и вашему принцу прекрасные сны.
- Пусть мировая магия поведёт вас и вашего принца дорогами чудесных снов этой ночью.
Женщины встали и легко поклонились друг другу. Императрица мягко сошла со своего места и отправилась через сад к дворцу, неся на руках любимое дитя. Её слуги, как тени, последовали за ней. Один их вид вызывал беспокойство и навевал чувство лёгкой опасности.
Амеллэ проводила Асту взглядом и снова села на скамейку. Шармес дремала по другую сторону кустов на расстоянии, при котором не могла слышать разговор между королевой и императрицей. И сейчас девушка просто не заметила, как её госпожа осталась одна. Долгий день измотал её, усыпив бдительность.
Великая королева Сафертании поёжилась, как от холода, и обвила себя руками, сев на место.
«Как жаль, я не могу обнять людей, к которым питаю столько чувств. Ни родную сестру, ни близкую подругу».
Глубоко вздохнув, Амеллэ прикрыла глаза и дотронулась кончиками пальцев до руки, которой совсем недавно коснулась ладонь Асты. От этого места по телу разливалось приятное умиротворяющее тепло, дающее чувство полного комфорта и лёгкости. Находясь на поздних сроках беременности, Амеллэ успела позабыть это приятное ощущение лёгкого тела.
До этого момента внутри неё царили тяжесть и напряжение. Грандиозное событие не оставило никого равнодушным. Амеллэ предполагала, волнение не отпустило её чувства из-за долгой беременности, играющей с её сознанием странные игры. Иногда хотелось плакать, иногда смеяться. А сегодня всё тело необъяснимая охватывала дрожь. Ноги желали то бежать, то стать немыми и неподвижными. Рукам не хватало тепла, а лицо бросало из жара в холод.
Когда Аста увела Амеллэ в сад под предлогом провести немного времени в окружении птиц, Амеллэ стало немного легче. А после лёгкого касания императрицы все неприятные ощущения испарившись.