После обручения с Эйнаром не пришло много времени, а Эделлэ уже заметила, как быстро поменялось его отношение к ней. Внешне супруг оставался спокойным, рассудительным и внимательным. В глазах его по-прежнему стояли холод и отдалённость, с чем Эделлэ, казалось, полностью свыклась. Только во взгляде императора появлялось что-то ещё, когда он смотрел на свою супругу.
Его глаза будто стекленели. Из них пропадало абсолютно всё, а Эделлэ не могла отделаться от ощущения, что когда говорит с ним, ведёт разговор исключительно с собственным отражением в его белых глазах.
К сожалению, поговорить им в последнее время редко удавалось. Как только Эйнар узнал, что Эделлэ родилась магом камней, он словно выбрал путь отчуждения. Но спроси его Эделлэ об этом напрямую, она бы никогда не отыскала доказательств неприятным предположениям.
Эйнар навещал её с предписанной любому супружеству регулярностью. Справлялся о её здоровье в рамках допустимого, не выспрашивая неприличных подробностей. Он даже открыто выражал радость, когда речь заходила о будущем наследнике. Эделлэ получала подарки и комплименты.
Но Эйнар будто не любил её.
Будто он солгал ей в первую супружескую ночь.
До поездки в Мекиганию она мрачно терялась в догадках, почему ей кажется, будто их брак – чистая формальность? Куда ушли мечты? Почему сгорают надежды?
Эделлэ запрещала себе впадать в какие-либо чувства. Она не верила, что её может настигнуть отчаянье на пустой почве. Не верила и в то, что сердце её всё же тронула любовь, из-за чего ей так горько.
Эделлэ прибывала в поиске внутри хаоса собственных догадок. Пока не услышала, как её муж любит другую женщину. Её дорогую старшую сестру.
Самая идея чувств Эйнара к женщине, которая давно стала женой другого, казалась мерзкой. Отвратительной. Недопустимой.
Но он любил. И не лгал.
«Я просто императрица Сварты. Всего лишь женщина, которая удобна ему, - Эделлэ огромными усилиями сдерживала слёзы горечи. – Я не его любовь. А он не моя. Всё это было ради сестры, - вспоминать об Амеллэ не хотелось. – Она всё разрушила. Если бы я могла поговорить с ней, могла спросить об её истинных намерениях. О том, что случилось между ними в прошлом, - женщина подавила в себе желание начать грызть ноготь на указательном пальце. – Они обменивались письмами. Я должна получить эти письма».
Теперь Эделлэ хотела совсем другого, отличного от прошлого плана. Она желала, чтобы в её комнате оказалась не Амеллэ с объяснениями, а Эйнар. Оправдывающийся и обманывающий её вновь. Даже если бы он просто молчал и ничего не спрашивал, Эделлэ была согласна и на такое.
Но он не приходил.
С тех пор, как они прибыли в Героктию, она видела супруга лишь раз. Постоянно справлялась о его занятости и посылала слуг, желая узнать, когда может навестить его. В ответ возвращались жалкие слова о том, что император занят. Что он не может ни навестить её, ни принять у себя.
Прошлой ночью Эделлэ решилась увидеть его, несмотря на жар и недомогание. И это случилось. Не так, как она планировала. Он был с другой.
Ей хотелось всё исправить. Окунуться в иллюзию, созданную его ложью, и даже забыться ненадолго. Эделлэ не знала, как справляться с тем, с чем она столкнулась? Рассказать всем? Рассказать чудовищу? Пригрозить сестре? Надеть ошейник вины на мужа?
«Возможно ли хоть что-то сделать? Если я начну засыпать его вопросами, это станет нашей последней встречей. Как давно мы говорили друг с другом? – ей стало тяжело в груди. – Пропасть между нами становится шире. Я не должна делать ещё хуже. Лучше молчать и делать вид, что ничего не случилось. Чудовище… оно убьёт его. И её тоже. А затей найдёт меня, и я не смогу от него убежать».
Она мучительно закрыла глаза, слыша, как Афия покидает её покои с тазом воды. Утреннее умывание было окончено.
«Если я скажу, что всё слышала? – спрашивала себя Эделлэ вновь и вновь. – Он разозлится? Нет, определённо нет. Останется холоден и молчалив. Может, даже уйдёт, ничего не сказав. Отвернётся от меня. Если я буду молчать, то мы всё ещё будем выглядеть, как семья. Лучше оставаться неведующей».
- Ваше величество, - тихо позвала Элеонора. – Прибыл посланник от великой королевы.
Эделлэ вздрогнула.
«Амеллэ?»
- Её величество великая королева Зефрия желает навестить вас.