- Если я усну от этой нудятины, ты пойдёшь к няне. Она за дверью.
- Пойду, - кивнул Инг, чувствуя, что победа уже близка. – Расскажи. Почему Скегги Роалд? Королева не ведает, я уже спрашивал.
Эйольв издал задумчивый звук.
- Она мало знает о нашем роде. Эту историю мне рассказал мой отец, ему его отец, его отцу его отец и так с самого зарождения рода Скегги Роалд, - важно заметил он, вновь замечая, что его сын облачён в те же цвета, что и король. Чёрные и синие. Был бы жив покойный герцог Скегги Роалд, то тут же бы помер, узрев, как ужасно похож его внук на его нерадивого сына. – Скегги и Роалд – это имена двух братьев. Они вышли из лона мировой магии ледяными великанами, близнецами. Скегги был старше Роалда на одну секунду. Однако никто не осмеливался сказать, который из них старший брат, а который младший. Ибо во всём они были равны. Когда отец их Фридлейв почувствовал предназначенный час отдать власть и богатство наследнику, встал непростой вопрос. Кто достойней?
- Скегги был старше. На одну секунду, - заметил принц.
- Но разве это измеряет достоинство?
Инг задумался, похлопав длинными белыми ресницами:
- Нет.
- Именно так. Ведь Скегги лежал ниже, а Роалд выше в чреве своей матери по воле мировой магии. Как твои сёстры. Поэтому Фридлейв решил устроить состязания. Кто победит хотя бы в одном из них, тот и наследник. Братья принялись выполнять задания. Но во всём оказались равны, пройдя все испытания. Такой исход никак не облегчал выбор. Тогда младший брат Фридлейва, Ойстейн предложил братьям стать равноправными правителями, а эру их правления назвать Скегги Роалд, поскольку Скегги на одну секунду появился раньше Роалда. Одна минута, и ты всегда говоришь Айдин и Эйдин. Потому что сначала родилась Айдин, а потом Эйдин.
- Они похожи.
- Да, их едва можно различить.
- А Ойстейн и Фридлейв были близнецами?
- Нет. Фридлейв был сильным, а Ойстейн мудрым. В чём я иногда сомневаюсь, смотря на его потомков, - Эйольв не упустил шанса уязвить того, кто не мог слышать этот разговор. – Первым родился Фридлейв. Он сошёл в мир в холодную ночь…
Внезапно дверь в детскую комнату Инга распахнулась, и запыхавшаяся Амеллэ влетела внутрь:
- Эйольв! Камень!
Эйольв обхватил сына руками, быстро спуская на пол.
- Она зовёт меня! – испуганно воскликнула Амеллэ. – Моя…
В комнате уже показалась Шармес.
Няня тоже поспешила войти и взять Инга на руки.
- Королева? - Эйольв протянул жене руку, оказываясь рядом с ней.
- Я должна…
- Быстрей!
Не планируя брать супруга с собой, Амеллэ всё же схватила его руку, а затем с силой сжала маленький зелёный камень на своей шее.
Вспыхнул яркий белый свет. Фигуры короля и королевы пропали.
- Папа! – позвал Инг, опомнившийся первым после ослепительной вспышки.
- Мой принц, Шармес уверяет вас, всё в порядке. Её величество сказала, что ей срочно нужно телепортироваться к своей очень близкой подруге.
- Шармес… когда они вернутся? – испытывая страх, спросил мальчик. – Папа…
- Как выпьют весь чай и съедят все сладости, - прощебетала появившаяся в детской Варна. – Вам тоже следует испить чай со сладостями. Принцессы ждут вас. Моя дочь тоже сегодня пришла. Константин брал Мьянру на охоту вчера. Ей есть что рассказать.
- О… хорошо, - как-то растерянно проговорил Инг, словно не веря словам Шармес и Варны. – Шармес…
- Да, мой господин? – приветливое лицо Шармес озаряла добрая улыбка.
Инг видел ложь в ней.
- Папа… так далеко, - он растерянно посмотрел сначала на Шармес, затем на Варну. Обе женщины растерянно молчали. Инг неуверенно коснулся груди. – Мне… больно…
***
Оказавшись в стенах императорского дворца, Амеллэ в ужасе кинулась вперёд. Прямо к короне магического зарева, исходящего от женщины в белых одеждах. Не теряя ни секунды, королева Сафертании обратилась к камням, унизывавшим её платье, волосы, руки и шею. Корона магического зарева тут же вспыхнула с новой силой, и женщина в белом устало опустила руки, пользуясь секундами передышки.
Эйольв едва остался стоять на ногах, пытаясь сохранить дыхание и ощупать то, что вонзилось в его грудь, пробив её насквозь.