- Ты останешься, - лицо Эйольва не выражало никаких эмоций.
Она ошеломлённо смотрела на него, не веря в услышанное:
- Я вернусь через Штайнхейм. Доберусь до земель Мектилда и скажу, что…
- Ты останешься здесь, - прервал он её.
- Что?
Эйольв выпрямился, явно перебарывая физическую боль.
- Эйольв? Я не понимаю…
Амеллэ ещё более растерянно смотрела на него, так и не решаясь подойти ближе.
- Нет, ты всё понимаешь. Камни звали тебя. Что ты отдала им?
Женщина болезненно сглотнула и невольно положила ладонь на живот.
Мужчина едва заметно кивнул чему-то горькому и болезненному.
- Это был мой сын, - озвучил Эйольв страшную правду.
- Я не заметила…
- Они сказали, - жестоко продолжил он, - короткая жизнь за долгую.
Губы Амеллэ дрогнули:
- Ты слышал камни?
- Ты ответила им.
- Нет…
- Ты предложила им моего сына, себя и меня. Ты убила моего ребёнка.
Амеллэ отрицательно помотала головой.
- Эйольв… это… они забрали..
- Королева Сафертании мертва…
- Нет, Эйольв! Прошу! – она кинулась к нему, вцепившись в руку. – Эйольв… прошу, не делай этого. Наши дети…
Он не отталкивал её, даже когда она приложила ладонь к его груди. Его тело застыло неподвижной чёрной скалой.
- Это мои дети. В них нет ничего от тебя, - безжалостно проговорил он. – Магия, - его губы тронула зловещая улыбка, - всегда говорила со мной. Я знал правду. Однако спасал тебя. Я верил тебе, даже когда ты лгала. Я любил тебя. И я же разлюбил тебя. Но остался верен тебе. Этому тоже пришёл конец. Напоследок, когда от твоей жизни почти ничего не осталось, я дарю тебе твоё желание.
- Ты не посмеешь… Эйольв, наш сын никогда не забудет меня… Инг всегда будет помнить меня. Я его…
Эйольв подался чуть вперёд и заговорил тише:
- Если ты приблизишься к границе Сафертании, я лично придушу тебя.
С этими словами он отстранил её от себя. Амеллэ бегло посмотрела на свои ладони, понимая, что они в крови.
- Эйольв, ты ранен…
Она не успела договорить, потому что Эйольв быстро подхватил пальцами её амулет с портальным камнем и сорвал его.
- Я не отпущу тебя, - уверенно заговорила Амеллэ, попытавшись кинуться к мужчине. Но что-то удержало её.
Вспыхнула магия. Комната озарилась светом. Тот быстро погас, оставив Амеллэ в темноте.
- Элла, пора нести воду, - послышалось снаружи.
***
Ясамин едва сдержался от крика, когда посреди комнаты материализовалась фигура короля. Шармес не хватило выдержки, как и прислуге, хлопотавшей рядом с ней.
Тьяго успел подхватить Эйольва, спася того от падения на пол.
- Кровь! – воскликнула Шармес. – Лекарей!
- Мой король? – Ясамин помогал Тьяго, пытаясь заговорить с Эйольвом, чтобы узнать о его состоянии. – Ваши раны…
Эйольв запрокинул голову, испытывая боль, усиленную телепортацией.
- Соэль, - прошептал он.
***
Инг спал рядом с отцом, жалостливо уткнувшись лицом в его неподвижную руку. Не ведая силы собственной магии, ребёнок передавал её родителю, питая его истощённое нутро.
У спальни короля дежурили маги, но они ничем не могли помочь правителю. Его тело отвергало их магию. Если бы не горькие слёзы кронпринца, его отважные приказы и стремление к отцу, маги так бы и не узнали об особенной связи между королём и принцем.
Ясамин пообещал каждому встречу с Вебером, если те обмолвятся о этом чуде.
За окном прокричала ночная птица. Короткий порыв ветер расшевелил листву, сорвав усталые листья с веток. Бросив их на траву, как нежеланных попутчиков, он помчался дальше, убегая от нарастающей ночи.
Эйольв открыл глаза и тут же призвал магию, чтобы подавить боль и остаться неподвижным.
- Мой господин, - послышался голос Ясамина где-то в темноте.
- Где мои дочери?
- Прикажите принести их?
- Да. Пусть спят здесь.