«Хм, если папа ориентировался при выборе платья на меня, это было неверным решение. Герцогиня намного ниже меня, а тело её пышнее. Особенно грудь. Интересно, как выглядят её бёдра? Хм, если она толстуха, то приятной лести от придворных ждать не стоит. Мне же лучше. На фоне старой толстой мачехи я буду выглядеть ещё эффектней».
- Ваша светлость, вы любите конные прогулки? – казалось, Амина полностью позабыла о подвенечном платье, переводя тему.
- К сожалению, я очень плохая наездница, - положив салфетку рядом с тарелкой, ответила Эделлэ. – Моя мать рассказывала мне, в детстве меня укусила лошадь. Несильно, но я испугалась настолько, что даже забыла об этом.
- Такой сильный шок? – глаза Амины округлились.
Эделлэ немного позабавила реакция принцессы. Сначала богатая мимика её лица могла показаться странной, но после нескольких встреч мнение у многих менялось. Амина обладала особенным очарованием, которое шло из недр её активности и жизнерадостности. За её лицом становилось интересно наблюдать. Такую гамму чувств и эмоций могла позволить себе не каждая женщина в Сварте.
- Так жаль, - слегка протянула Амина. – Когда-то давно папа подарил мне три прекрасные лошади. И передо мной стояла нелёгкая задача, ведь я хотела ездить на всех трёх одновременно. Тогда папа подарил мне карету.
«Как это на него похоже», - не удивилась Эделлэ.
- Однако я всё равно не смогла успокоиться, поэтому решила ездить на лошадях по очереди. Если бы её светлость хотела совершить конную прогулку, я бы одолжила свою гнедую кобылу вам, а моего вороного жеребца папе.
Эйнар продолжал спокойно есть, будто его вообще не волновало, о чём шла речь. Казалось, перейди Амина на грязные ругательства в сторону Сафертании или Прабоны, он бы никак не отреагировал. Его поведение сейчас разительно отличалось от того, как император вёл себя с Эделлэ во время вчерашнего ужина и завтрака ранним утром. Он хотя бы пытался разговаривать.
Эделлэ искренне не понимала причин этой смене. Мужчина, нёсший на себе роль отца, оставался непроницаемым бесчувственным куском камня, о который разбивались все попытки Амины выглядеть, как семья.
«Семья часто остаётся показной картиной в знатных семьях», - вспомнила что-то давно забытое Эделлэ.
- Что за лошадь тогда бы досталась вам, ваше высочество? – спросила мягко герцогиня, чтобы разговор не затух. Иначе бы все превратились в копии императора.
- Моя белоснежная Альпина, - поведала принцесса. – Почему-то, когда я на неё смотрю, вспоминаю цвет волос папы. Поэтому я не смогу одолжить вашей светлости эту лошадь.
- Мне даже стало любопытно взглянуть на ваших любимцев, ваше высочество, - герцогиня отпила немного воды.
- Тогда мы должны устроить пикник, - беззвучно хлопнула в ладоши Амина. – Папа, можно мне пригласить и других тоже? – спросила она так, будто вопрос с пикником уже решён.
- После венчания, - дал своё согласие на всё сразу Эйнар.
- Уверена, многие захотят взглянуть на… мою матушку, - Амина чуть не сказала «новую императрицу», но вовремя опомнилась.
- Я буду присутствовать, - быстро вставил Эйнар.
- Ох! Папа! Спасибо большое! Это станет настоящим праздником. Вечером можно устроить танцы. Хотя! Если все привезут лошадей, лучше заняться охотой. Для танцев придётся переодеваться, я не успею сменить наряд столь поспешно. Значит, это будет охота. А позже можно устроить бал в моём дворце. Я должна позвать леди Доротею. Даже немного хочется, чтобы пошёл дождь, и леди Доротея вновь использовала веер.
Казалось, что принцесса засияла от счастья с новой силой.
Теперь Эделлэ понимала куда лучше, почему её высочество принцессу Амину Бланку Санта Барасса часто сравнивают с радостным солнцем. В свои юные годы эта девушка была именно такой.
Вероятно, у неё попросту не оставалось иного выбора.
10. Леди Равенна
Вторая ночь во дворце далась Эделлэ не легче, чем первая. Скорее даже хуже, потому что герцогиня нервно сглатывала всякий раз, когда ей казалось, что где-то что-то шуршит. Почему-то образ императора, вышедшего на неё из темноты, не исчезал из мыслей, продолжая пугать. Словно она увидела дух смерти, который пришёл отобрать у неё её предсмертный стакан воды.
Под утро Эделлэ так устала, что просто провалилась в темноту. Но её сон не продлился долго, поэтому Афии вновь пришлось приготовить холодные полотенца, чтобы хоть как-то убрать следы бессонницы с лица герцогини. Однако результаты не радовали, так что Афии была вынуждена оставить Эделлэ ещё на несколько часов, позволив ей просто поспать. Так герцогиня пропустила завтрак. Элеонора обладала завидной изобретательностью, когда возникала необходимость придумать тысячу причин для отказа кому-либо. В итоге Элеонора победила горничную императора, которая оповестила, что его величество желает провести время за завтраком с герцогиней.