- Любви? – спросила она саму себя вслух. – Эделлэ Марибель Тормонд, вы, наверное, сошли с ума, раз думаете в подобном направлении. Глупость-то какая.
В дверь тихо постучались:
- Ваша светлость, это Элеонора. Господин Альмод прибыл.
- Пусть войдёт.
Но дверь не отворилась:
- Его милость ожидает внизу.
Эти слова настолько удивили Эделлэ, что она сама открыла дверь, чем в свою очередь удивила Элеонору.
- Это ещё почему?
Горничная быстро поклонилась:
- Охрана его величества не пропускает его милость в вашу приёмную.
Эделлэ сдержала вздох разочарования:
- Конечно, - понимающе сказала она, скрывая нотки ехидства. – Без разрешения моего жениха я не могу встретиться с другим мужчиной лично. Прошу вас, леди Элеонора, приготовьте чай в приёмной комнате его величества. И пусть леди Афия доставит его величеству послание, что я принимаю гостей.
- Ваша светлость опоздает на ужин? – на секунду показалось, что в голосе Элеоноры появились отголоски страха.
- Ни в коем случае. Я прибуду вовремя.
- Будет исполнено, ваша светлость, - Элеонора снова поклонилась, не видя, как дверь перед ней закрылась.
Эделлэ быстро подошла к зеркалу и подхватила плотную накидку, перекинутую через овальную спинку мягкого стула. Герцогиня покрыла накидкой плечи и сложила документы и письма в небольшую резную шкатулку, которую взяла с собой.
Она ещё раз поморщилась, понимая, что всё превращается в какой-то абсурд. Она не могла воспользоваться собственной приёмной, которая начиналась сразу за дверьми её спальни, потому что была помолвлена. Из-за этого ей приходилось прямо сейчас идти в другую часть коридора, чтобы воспользоваться комнатой для гостей самого императора. При этом кто-то должен был сообщить августовской особе, что его невеста принимает гостей.
«Так себе привилегия», - фыркнула Эделлэ и отправилась на встречу с виконтом.
К счастью, на этом первые неудобства этого дня закончились.
Войдя в приёмную комнату, Эделлэ сразу увидела рыже-золотистую макушку виконта, который сидел спиной ко входу и наслаждался чаем в обществе Элеоноры. Стоило появиться герцогине, как горничная тут же дала об этом знать своим поведением.
- Ваша светлость, - Седрик элегантно поднялся со своего места и поклонился, демонстрируя великолепные манеры. Если бы его видел его отец, возможно, одобрительно кивнул.
- Господин виконт, давно не виделись, - она мягко подала ему руку.
- Я не ожидал, что наша новая встреча произойдёт так внезапно, - сказал мужчина достаточно громко.
- Будь аккуратен, император за этой дверью, - очень тихо предупредила Эделлэ, воспользовавшись моментом, когда они стояли друг другу достаточно близко.
- Да, и именно этот вопрос меня сейчас волнует больше всего, - так же тихо ответил Седрик. – Это правда?
Эделлэ вздохнула, грубо втискивая шкатулку в его руки. Затем она показала свой парный левый брачный браслет, который стал куда лучшим доказательством, чем любые слова.
- Я подготовила несколько писем, - она быстро указала глазами на шкатулку. – И несколько инструкций на случай, если граф Суарэ снова начнёт переходить границы дозволенного. Даже не вздумай ослабить хватку или пропустить хоть слово из того, что он пишет в контрактах. Мы должны добиться возможности торговать с королевством. Ты знаешь, как это важно для меня.
- Хоть один намёк на отступление от стандарта, и я пошлю жалобу её величеству императрице, - Седрик явно испытывал судьбу, наблюдая за тем, как выражение лица герцогини теряет все оттенки дружелюбности.
- Я пришлю вам приглашение во дворец, ваша милость, как только его величество позволит мне сделать это. Как вам чай, господин виконт? – губы Эделлэ растянулись в угрожающей улыбке.
- Ах, как всегда прекрасен. С тех пор, как начались поставки чая в Штайнхейм, моя жизнь стала куда приятнее, - лицо Седрика просияло, а в его серых глазах появился странный блеск.
- Тогда следите за ними внимательнее, - герцогиня прошла вглубь комнаты и опустилась в чопорное старое кресло с высокой спинкой. – Объём поставок сильно упал, будто чай вам резко разонравился.