Не лгал герцог и о дорогах. Карета словно плыла по ровной озёрной глади. Казалось, даже лошади приободрились, почувствовав под копытами удобное крепкое, но мягкое покрытие. Разговоры между солдатами постепенно наполнились смехом, на дороге стали встречаться люди, громко приветствовавшие хозяина земель. Амеллэ пару раз слышала смех детей, а за ним ласковое ворчание солдат о том, что ребятня слишком далеко ушла от поселений и им стоит опасаться лесных белок.
В Станиоль, главный город герцогства Скегги Роалд, въехали ночью. Около часа поднимались по мощёной дороге к замку, где перешли по каменному широченному мосту, колонны которого уходили куда-то далеко в непроглядные глубины леса на дне горной расщелины.
Несмотря на поздний час, в городе горели огни магических камней и жаровен, люди поваливали на улицу, чтобы поприветствовать герцога и его воинов. Запахло горькими осенними цветами, которые женщины и дети бросали под копыта лошадям. Настроение праздника охватывало город, однако, официального разрешения никто не давал. Утром всех ждала работа. Но радость не мог остановить ни официальный, ни не официальный приказ. Часть всадников с радостью осталась в городе, к тому же их дома располагались в нём. Другая часть чинно отправилась в замок, где все после короткого прощания разъехались в разные стороны. Кто-то отправился в казармы распивать вино, кто-то в южную часть замка в свои давно пустующие покои, а кто-то в его центральную часть, где слуги ожидали хозяина.
Карета остановилась, и крепкая рука Эйольва отворила дверь. На его лице сияла бодрейшая улыбка, а глаза блестели в свете магических камней. Казалось, мужчина переполнен энергией, готовый совершить ещё один марш-бросок через горы. Однако это было лишь обманом его хорошего настроения.
- Моя возлюбленная супруга! – громко пробасил он чуть осипшим от усталости голосом. – Вот мы и дома!
Эйольв подал руку Амеллэ, помогая ей спуститься вниз. Её ноги изрядно затекли от долгого сиденья в карете, поэтому ступала она неуверенно. Впрочем, долго ей идти не пришлось.
С радостным смехом Эйольв подхватил жену на руки и куда-то понёс с криком:
- Я говорил, что привезу её? Говорил? Вот она! Вот она, моя Амеллэ! Моя герцогиня Скегги Роалд!
Амеллэ чувствовала себя дико неловко. Всё внимание устремилось к ней и её буйному мужу, который хвастал ею, будто их брак был для него важнее победы в недавней войне.
Новоиспечённой герцогине стало также жаль людей, которые из года в год жили со своим сумасшедшим лордом, который каждый день твердил о скорой женитьбе на юной маркизе Мектилд. Хотя Эйольв не всегда жил в этом замке, это вовсе не значило, что у его бедных слуг и приближённых случались моменты отдыха от его смелых фантазий.
- Ваша светлость, ванна будет готова через несколько минут.
- Ваша светлость, вина?
- Ваша светлость, сейчас подадут чистую одежду.
- Ваша светлость, прошу, сюда, спальная комната готова.
Амеллэ чувствовала, как у неё начинает кружиться голова от количества людей, которые хвостом следовали за нёсшим её на руках Эйольвом. Он активно раздавал распоряжения громким командным голосом, а слуги с радостью разбегались по чернеющим коридорам, чтобы исполнить его волю.
Через час этого бесконечного громкого хоровода Эйольв быстрыми движениями стягивал с Амеллэ пыльное грязное платье.
- Сначала ванну, - поведал он о своих планах, пытаясь освободить жену от тонкого нательного платья, подол которого стал коричнево-серым от пыли и грязи. – Я тебя обмою, и мы выпьем вина…
- Я не пью вино, - напомнила ему Амеллэ. – Я же маг, ты забыл? И ты, кстати, тоже.
- Тогда зачем нам вино? – удивлённо спросил он то ли самого себя, то ли герцогиню. – Эй, Шармес!
- Да, ваша светлость, - тут же отозвался тонкий женский голос из-за двери.
- Поднеси воды своей госпоже, быстро.
- Да, ваша светлость.
Дверь отворилась, и Шармес вошла в ту часть комнаты, которая ограждалась плотной складной ширмой от места, где стояла золотистая ванна с горячей водой. Девушка не видела господ, поэтому не стесняла их своим взглядом. Она быстро поставила на небольшой круглый столик тёплую питьевую воду из горного родника, которую слегка подогрели.
- Шармес будет за дверью, ваша светлость, - мягко сказала девушка, выходя.