Амеллэ вскинула брови, пристально наблюдая, как обитательница магических башен медленно ступила на плоский парящий камень и спустилась вниз, приземлившись прямо перед своей новой госпожой.
По какой-то неприятной традиции маги нечасто признавали кого-либо своими господами. Так и сейчас главный маг земель Скегги Роалд лишь слегка опустила голову перед герцогиней, выражая больше презрения, чем почтения.
«Значит, будет сложно и неприятно, - рассудила Амеллэ. – Благодарности за уютный большой дом ты не испытываешь».
Она ухмыльнулась, понимая, что госпожа маг не чувствует в ней силу, поэтому не видит причин, чтобы признавать своей хозяйкой некую странную особу, просто оказавшуюся в постели её господина.
- Госпожа Сиренити из древнего магического рода Саладин, - Шармес всё ещё пыталась спасти ситуацию, чувствуя, как тяжёлое молчание готово рухнуть на собравшихся.
Шармес не успела познакомиться со всеми особенностями характера своей герцогини. Однако прекрасно поняла, хозяйка не самый простой человек, и с ней стоило вести себя осторожно. И даже не из-за её характера. Герцогиня была любимой женой герцога, а с ним никто не решался шутить.
Амеллэ чуть задрала голову, глядя прямо в глаза белокурой женщине с сияющими сиреневыми глазами.
«Поэтому ей дали такое имя, - промелькнуло в мыслях Амеллэ. – Слишком необычный цвет».
- Что привело великую герцогиню Скегги Роалд в магические башни? – в итоге Сиренити заговорила первой.
- Вероятно, потребность преподнести урок вежливости госпоже Саладин и её сыну, - голос Амеллэ зазвучал холодом, с которым её покойный отец оповещал неугодных ему об ожидающей их неприятной участи.
Герцогиня видела, как эмоция то ли удивления, то ли недоверия промелькнула на прекрасном, как утренние розы, лице Сиренити. До этого момент казалось, что лицо женщины – это гладкая неподвижная стеклянная маска.
- Не утруждайтесь, - не дала сказать ей и слова Амеллэ. – Я не прорицатель. Ваш сын маг камней. И он мне нужен.
- Значит, у герцогини есть поручение? – в голосе Сиренити прозвучала насмешка. Она говорила о хозяйке герцогства так, словно та прислуживала герцогу, а не правила вместе с ним на равных.
- Даже два, - Амеллэ осталась спокойной и холодной. Она не раз сталкивалась с пренебрежительным обращением к себе. И если бы не то, что большую часть её детства маркиз Мектилд внушал ей чувства гордости за свой род и её таланты, Амеллэ давно бы сломалась и под взглядами, подобным этому, и под насмешками, с которыми к ней так часто обращались. – Шармес.
- Да, ваша светлость, - послушно отозвалась Шармес, нервничая.
За герцогиней последовало не так много людей из её свиты, большая часть осталась снаружи, чтобы стеречь животных. Но и этих было достаточно в качестве свидетелей того, как Сиренити снова задирает нос и пытается унизить своих господ, считая себя чуть ли не главным магом ордена Магической Длани. Может, даже самим великим пророком.
«Господин едва не отрубил ей голову в прошлый раз. Прознает об очередной выходе, точно отрубит», - сглотнула Шармес.
- Распорядись направить магам этой башни книги «Полный свод правил светского общения», «Этикет для женщин и детей», «Древние традиции и иерархия общения», а также иллюстрированную книгу его сиятельства «Древние семьи», - перечислила Амеллэ. – Вероятно, его светлость забыл, что представители древнего рода Саладин прибыл на земли Скегги Роалд из Мекагании, где в обществе правят иные традиции. Но мы восполним недостающие знания.
- Да, ваша светлость, - Шармес чувствовала кожей всю ту тонну напряжения, которая только что настойчиво покрыла зал.
Немногочисленные слуги нескрываемо нервничали. Старший маг стояла гордо, сохраняя надменное выражение лица. И только в её глазах будто сверкали разгневанные молнии.
- И моё второе поручение, - Амеллэ не дала Сиренити заговорить, хотя та попыталась. – Ваш сын, леди Саладин, должен отправиться на строительство портальной дороги через две недели, чтобы зачаровать камни. А позже в большом зале магической башни начнётся строительство портала.
Сиренити просто вспыхнула от гнева, подобно удару об огниво.