Впрочем, это не главная сейчас проблема для меня.
То-то в Храме прохладно, если не сказать, что холодно. Воздух морозный сверху задувает, а Стол даже с обогревом маленького убежища не справляется. Ну, маленькое оно по сравнению с другими Храмами, а так-то здоровая берлога. Можно с полтора десятка народа здесь разместить спокойно для ночлега вокруг Стола.
Ладно, хоть я одет тепло, как раз под такие условия, уже ведь опытный путешественник между мирами.
Если я ушел в конце сентября и отсутствовал месяца два с половиной, значит — сейчас где-то двадцатые числа декабря. Да, самая такая зима, горы завалены снегом, а меня ждут незабываемые приключения примерно на высоте в две с лишним тысячи метров.
Фузею Братья должны были с собой забрать, мне она пока никак не требуется. Вторая здесь должна появиться только в конце июля двадцатого года, когда мы ее прикопали в тайнике. Через семь месяцев, в общем, буду об этом помнить и проверю потом.
Скоро уже шесть лет будет, как я мотаюсь между мирами, мне самому под сорок четыре полных года скоро наберется.
Уже не так я молод, как в самом начале пути, однако, лечебные камни здорово поправили мне здоровье, больше тридцати лет никто не дает пока. Сам себя на двадцать с небольшим чувствую, когда ничего не беспокоит по здоровью еще.
Вот и проверю свою выносливость сейчас во время спуска на лыжах по глубокому снегу. Захватил с собой один Палантир, камни для лечения и поисковый артефакт тоже на всякий случай. Лыжи с палками спустил вниз, даже лопату прихватил, чтобы засыпать свои следы.
Случится снегопад в ближайшие дни или не случится — переживать за остающиеся следы не хочется.
А так лыжная колея пойдет именно от места спуска из Храма, еще я там здорово внизу натоптал за все время, так что каждому будет понятно, что спустился я где-то здесь рядом.
Однозначно, что никто в здравом уме и рассудке бродить по горам сейчас не станет, тут горнолыжного курорта поблизости нет с подготовленными тропами для прогулок. Но, я могу встретить кого-то внизу, кто может удивиться очень сильно такому лыжнику.
Спалить место Храма нельзя категорически, поэтому придется поработать руками.
Пришлось еще обратить внимание после спуска на то, что я потревожил и смахнул снег из выемок на стене под Храмом. Когда ставил там свои дорогущие ботинки и цеплялся руками в перчатках. Поэтому пришлось насыпать снежка заново, закидывая его с помощью лопаты до самого края спуска.
Зато, теперь снежный покров на стене и под ней выглядит нетронутым, как положено девственной местности.
В рюкзаке у меня только обычная зимняя одежда, на себе горнолыжный костюм, который уже пора постирать. Придется в Храм еще тазик притащить, чтобы имелся для такого случая, в совсем грязной одежде тоже не дело гулять, привлекая нежелательное внимание.
Снег довольно пушистый, еще не слежавшийся сверху. Приходится спускаться по колено в нем, осторожно нащупывая дорогу и закидывая за собой следы. Вот так прохожу пять метров и размахиваю лопатой, засыпая свой оставленный путь.
Неясный след прошедшего человека или животного остается, но, совсем явно в глаза не бросается.
Двигаюсь очень медленно, поэтому, отойдя от Храма на пару километров, я бросил возиться с маскировкой, спрятал лопату в снегу под приметным деревом и поехал вниз с нормальной скоростью. Если так копошиться, тогда ночевать придется в морозном лесу, пусть и в мягком сугробе. А это совсем не то, чего хочется человеку моего уровня, возвращающегося к современной цивилизации.
За пару часов я добрался до знакомой площадки, там еще пару километров до накатанной дороги, уже по ней я довольно быстро заскользил на лыжах, время от времени пытаясь поймать сеть.
Смартфон зарядил от приготовленного литиевого бустера, за три месяца ожидания он потерял только двадцать процентов заряда и снял с меня проблему вызова такси в горы.
Когда смартфон поймал сеть, кто-то из таксистов Амбролаури заинтересовался выгодным заказом и пообещал приехать за мной примерно через час.
Его я дожидаюсь уже в Они на центральной площади в единственном здесь кафе. Хорошо, что такое есть и оно еще работает в этом уже поселке городского типа. Или даже селе, если судить по численности оставшегося здесь населения.
— Эх, хорошо все-таки иметь мобильную связь, и еще когда местных денег много на кармане, когда имеются легальные документы со всеми штампами, — подумал я, когда в кафе заехали полицейские, — Так путешествовать по мирам можно.
Они внимательно посмотрели на меня, однако, ничего спрашивать не стали.
Лыжи я спрятал в первом из брошенных двухэтажных домов на окраине городка, там же переоделся в нормальную одежду. Поэтому теперь прикидываюсь обычным праздным путешественником с рюкзаком за спиной, заехавшим полюбоваться на третью по размеру синагогу в Грузии.
К лыжнику-энтузиасту вопросов больше возникнет, чем к рядовому руссо туристо.
Тем более, наворачивая харчо с менгрельским хачапури и запивая все местным пивом, выгляжу совсем туристом, никуда не спешащим и всем довольным.
А там и машина пришла за мной, такой праворульный полноприводный минивен, самое то для передвижения по дороге в заснеженных горах.
За два часа уже по темноте я добрался до Кутаиси, где заночевал и помылся в отеле около вокзала. Утром посетил парикмахерскую, привел в порядок прическу и снова нанял такси до Батуми.
Там заселился в тот же номер в центре, в котором жил когда-то и снова начал жить-поживать, готовясь к новой экспедиции.
В общем, занимаюсь тем же делом, что и до этого, читаю в сети историю давно минувших дней и конспектирую ее.
Еще вкусно живу, греюсь на зимнем солнышке, завел себе сразу же новую подругу из русских экспатов, заодно ищу нужные мне вещи в интернете.
Больше всех обрадовался моему возвращению тот самый хозяин медицинского центра, который Давид. Едва увидел меня, как сразу же отозвал из-за общего стола в сторонку.
— Брат. Как я рад тебя видеть! Что у тебя с энергией для лечения? Есть куча народа, все, кто побывал у тебя, хотят продолжить встречи.
Я сделал вид, что прислушался к своему состоянию и ответил, что зимой с энергией дело обстоит так себе:
— Двух клиентов в неделю не потяну, дай бог одного.
— Ничего! Это тоже золотое дно. Можешь не переживать, цена только выросла за это время.
Ну, с ценой все понятно, никто от лишних годов жизни или здоровья не откажется. Даже если совсем денег нет — найдешь для такого дела. Что уже говорить про обеспеченный народ?
Начал снова лечить, все так же нахожусь в маске, один раз в неделю. Иногда, если случай сильно критичный, тогда сразу беру больного для излечения до безопасного для жизни состояния.
Полностью никого не вылечиваю, так же по проценту маны трачу, не больше.
Понимаю, что могу и тут получить какие-то проблемы, только, нужно же смысл у жизни иметь хоть какой-то. Если приятеля не расколют как-то совсем жестко или очень профессионально за мной не проследят, можно годами таким бизнесом заниматься. Только я годами тут жить все же не собираюсь, поэтому и не переживаю за тайну вкладов.
И еще, что очень важно. Работа в сети с изучением истории прошлого, где я отметился, убедительно показала мне, что мой визит в тридцать восьмой год прошел не совсем зря. Войну с финнами начали в январе сорокового и сразу же гораздо большими силами. Красная армия, постояв пару недель перед линией Маннергейма, прорвала ее и пошли дальше. Однако, не все мои идеи сработали полностью, тотальное избиение двух дивизий в Карелии так же случилось, да и Петсамо обратно зачем-то отдали финнам по итогам мирного договора.