Такая фигура с бородой и странным шагом может кому-то и запомниться на улице, так что лучше совсем поменять свою внешность и манеру перемещения.
Идти мне не так близко, метров сто, поэтому, когда я готовлюсь повернуть во дворы, я оглядываюсь назад под прикрытием большого дерева и вижу, что около парадного входа никакого движения нет. Дворник не выбегает на улицу и не свистит истошно в свой свисток, давая всем ясный сигнал о том, что случилось что-то сильно противозаконное.
И пора звать полицию на место преступления.
Значит, тело купца Гучкова, Александра Ивановича, бывшего депутата Государственной думы третьего созыва еще не обнаружено никем.
Дворник и родные Александра Ивановича вряд ли его найдут, им его так просто не разглядеть. Для этого нужно пройти дальше двери квартиры и заглянуть налево от окна. Если только сверху кто-то из жильцов спустится, тогда сразу же увидит покойника. Или из Думы кто-то прибежит за товарищем депутатом, почему-то прогуливающим сессию.
Хотя, он услышит от родни, что Александр Иванович уже давно ушел и убежит его искать дальше.
Впрочем, если много крови на плитку парадной натечет, на ее липкий запах могут и родные заглянуть в нишу.
— Ну и отлично! Теперь я уже почти в безопасности!
Эти дворы до соседней улицы я преодолеваю за минуту, сняв плащ и шляпу с бородой в укромном месте, где меня никто не может разглядеть. И тут же спрятав их в мешке, далее пропихнув его в окошко заранее присмотренного подвала. Шляпу успел осмотреть на предмет своих оставшихся волос, чтобы не осталось там ничего лично моего компрометирующего.
Так то у меня по подкладке шляпы заранее натыканы черные волосы какого-то брюнета.
У парикмахера прихватил на полу незаметно после предыдущего клиента. Если все же найдут мешок раньше, чем я его заберу, пусть ищут брюнетов.
Вскоре на соседнюю улицу выходит неспешно прогуливающийся молодой мужчина в костюме и кепке, помахивая тростью, как какой-то джентльмен. Двигается он по теневой стороне улицы, не привлекая никакого внимания прохожих и сам никого не рассматривая. Проходит еще двести метров и снова заходит во дворы, после чего уже оказывается на Захарьевской улице.
Я уже достаточно оторвался от возможной погони, но, это если бы убитый был кем-то попроще — тогда бы вполне хватило. Однако, мне придется уходить незамеченным еще дальше и перейти Фонтанку, скрывшись на многолюдной Садовой улице.
Могучий клан Гучковых сделает все, чтобы найти убийцу своего самого знаменитого члена семьи.
Поэтому я закручиваю следы по максимуму и даже извозчика не беру, опасаясь, что их всех опросят, кто стоит тут рядом с Фурштатской. И кого из них нанимали после убийства.
Вскоре перехожу по мосту к Летнему саду и потом выхожу на Марсово поле, дальше спокойным шагом иду до гостиницы.
Никуда с нее не съезжаю, теперь буду ждать дневных газет с потрясающей новостью.
И еще на днях собираюсь навестить Григория Распутина. Он принимает разный народ в своей квартире, к нему не трудно попасть.
Ну, или даже завтра, когда полностью буду убежден в смерти Гучкова.
Самый первый шаг я уже сделал, теперь обратного пути нет. Даже хорошо, что это сейчас случилось, пока я не засветился около Распутина и, тем более, царской семьи.
Кстати, тогда так уж спешить к нему не стоит, посмотрю, что следствие накопает и до чего газеты додумаются.
Следующие два дня я читал с понятным чувством сопричастности все умные мысли следствия и не завидовал полиции ни капли. Теперь следователей трясут со всех сторон и требуют быстрого расследования дела во чтобы то ни стало.
Давит и царская власть как положено через высшее полицейское начальство. Она то себя ни в чем виновной не считает, знает, что это не ее рук дело.
И разъяренные депутаты Думы каждый день по два запроса оформляют к нему же, требуя ежеминутного доклада по вновь открывшимся обстоятельствам.
И родня Гучкова сулит полиции немыслимые деньжищи за какие-то первые намеки по делу — чьи рук это убийство?
Из-за самого убийства, случившегося утром, да еще прямо вызывающе в парадной, перед началом заседания Государственной Думы, многие, конечно, осторожно намекают на царя с семьей.
Кто бы так смело мог все провернуть без прикрытия сверху? Только направленный властью убийца!
Которого полиции приказано не найти в любом случае!
Сама форма убийства и оставленный в теле флотский кортик со спиленным номером, при том, что ни деньги, ни портфель, ни что-то другое, включая дорогущие часы, не пропали, намекают на заказное политическое убийство.
Да еще то, что все случилось светлым днем, не как-то из-за спины убили общественного деятеля высочайшего ранга, а в грудь вонзили с огромной силой почти ритуальный клинок.
Да, про невероятную силу убийцы газеты пишут особенно часто, и сравнивают его со всевозможными силачами, чуть ли не с Поддубным лично. Власти проводят проверки, пытаясь тем самым кортиком пробить туши свиней на бойне, да и депутаты таким делом тоже балуются, чтобы лично определить силу убийцы.
Под негласным подозрением все дюжие полицейские и офицеры личной охраны императора.
Понятно, что следствие будет вестись очень долго, обшарят все подвалы и чердаки в округе на несколько километров. И полиция, и частные сыщики, так что за пакетом я отправиться не рискую.
Хорошо, что ту же бороду, шляпу и плащ я надевал только в перчатках, а их унес с собой и сжег вскоре на пустыре.
Так что я пока жду итогов расследования и допускаю мысль, что и за мной придут.
Глава 18
Вскоре я понял, что поднятую своим коварным ударом суматоху мне пересидеть не получится.
Она не закончится до тех пор, пока не найдут убийцу или кого-то просто им не назначат.
Газеты ситуацию раскачивают все сильнее и видно, что и иностранные посольства к этому делу подключились серьезно. Постоянно задается вопрос — кому это так сильно необходима смерть видного общественного деятеля?
За семьей Романовых раньше не замечалось таких жестоких поступков и это пока оправдывает Николая Второго в глазах общественности.
Но, в прессе потихоньку выводится один и тот же ответ — что все случившееся указывает на причастность к смерти неутомимого оппозиционера именно самого царя или даже императрицы.
Я, как человек из будущего, вижу это наглядно. Похоже, иностранные державы и их контрразведки решили всех собак повесить на царя, раз уж такой удобный случай подвернулся. Заставляют такие мнения высказывать всяких экспертов и иностранных журналистов и густо забивают этим бредом все страницы газет.
Более-менее вменяемых мнений о том, что реальные мотивы желать смерти имелись у многих влиятельных людей Империи раз-два и обчелся, я это тоже хорошо замечаю.
Мне яд продажной журналистики не так на мозжечок капает, привык уже давно, да и видно высосанное из пальца вранье наглядно. Однако, народ же российский, наверняка, по простоте своей ведется на все эти красиво блестящие гроздья лжи.
Депутаты Думы отправляют все более ядреные запросы к полицейскому начальству, требуя наказания виновных и срочного розыска преступников.
Однако, следствие не может пока дать никаких ясных разъяснений по поводу убийства.
Как я заходил во двор дома, так никто так и не вспомнил, тогда я никак не выделялся из толпы прохожих. А вот то, как я появился с бородой и странно широкими шагами зашагал прочь от подъезда — это уже какие-то свидетели вспомнили.