Как-то незаметно беседа превратилась в торг, который продолжился за столом, куда меня усадил хозяин дома. Договорились, что я создам десять големов с добавлением в магическую смесь крови местных бойцов. Трое созданий будут големопсами с шипами на теле, трое самураями, как обладающие отличной защитой и стойкостью, остальные будут чапиидами. Двух самураев-мечников и двух чапиидов и големопса передам посёлку перед своим уходом из него. Потом у себя дома сделаю десять заказанных моделей с использованием крови землян, которых пришлёт Сан Палыч, и по мере изготовления, ими станут замещаться из этой пятёрки, что оставлю в скором времени здесь. Все эти танцы с бубенцами из-за того, что Палыч, как и я сам ранее, заметил отличия между «моими» големам и големами землян-доноров.
Закончив торговаться, я сообщил о далёком городке, где на рельсах дожидается настоящее сокровище в наших условиях. От собеседника мне нужна была помощь водителями и мастерами для перегона техники с полезным хабаром в свой феод. Услышав про БМП, Палыч забил копытом и… начался новый торг. С какой-то стороны это было делёжкой шкуры неубитого медведя, но нам не оставалось ничего другого, как заранее всё решить, чтобы позже не дошло до смертельной обиды.
Наконец, я вырвался от главы посёлка и пошёл на поиски Романа. По дороге ловил на себе любопытные взгляды окружающих, кое с кем из них здоровался. Главного лекаря поселения нашёл в госпитале, где он только-только закончил сеанс врачевания нескольких тяжёлых пациентов, пострадавших от когтей хищников и на тяжёлых работах. О появлении моего отряда он узнал только от меня, до этого слышал лишь то, что я должен появиться в ближайшее время.
— Витя! Ты? — обрадовался он.
— Здорово, чертяка! — я крепко пожал ему руку. — Как живёшь? Смотрю, без работы не сидишь.
— И не говори, — покачал он головой. — Даже когда сталкеры в город не ходят, то всё равно найдётся остолоп, который или пальцы отрубит при заготовке дров, или сунется в нору к котятам местных хищников и те ему руки до костей исцарапают и искусают, или отравятся охламоны какой-нибудь гадостью, польстившись на её красивый вид. Амулетов, бывает, на все не хватает, представляешь?
— Представляю, — кивнул я. — К слову, я к тебе по делу. Помнишь, делали с тобой лечебные амулеты на нашей крови?
— Ага. Они до сих пор работают. Неплохие получились, хотя и уступают тем, что привезли наши от туземцев.
— Ты просто не видел плохих, — сказал я ему. — Покупали ведь лишь качественный товар, за который не жаль серебро с золотом отдавать.
— А ты хочешь их для себя или на продажу?
— Для себя, разумеется. Это, скажем так, пока что эксперимент. Мне тут попали в руки кое-какие вещи с особыми свойствами…
Я подробно рассказал целителю про эльфийские жемчужины, про идею сделать из них целительские амулеты. И она, идея так увлекла парня, что он загорелся немедленно её проверить.
— Но-но, — погрозил я ему пальцем, — ты сначала приди в себя, а то выглядишь несвежим зомби, Рома. Давай завтра, ага?
— Ну, хорошо, — нехотя согласился он. — Ты где остановился?
— У Палыча.
— Переезжай ко мне, я через три дома от него живу. Ты один?
— С Аней.
— И всё, больше ни с кем? Тогда точно переезжай, у меня места полно свободного, а Аньке будет о чём поговорить с моей женой.
— Я только «за», а то чую, Палыч мне покоя не даст, — решил я принять предложение старого приятеля, представив, что вечером начнётся новый виток торговли с главой посёлка. Этот ушлый тип своего не упустит нигде и никогда. Через час после этого разговора меня нашёл Шацкий, который сообщил, что все дружинники расквартированы, животные обихожены, големы устроены.
На следующий день я с Ромкой приступил к эксперименту. Его кровь и моя смешались в равных пропорциях. По четыреста грамм каждый из нас выделил. На этом работа приятеля была закончена, а вот моя только началась. В качестве основы для амулета я использовал шестисантиметровый обрезок четырёхгранного алюминиевого провода, который используется в толстенных кабелях в свинцовой оплётке. В его середине я просверлил отверстие по диаметру жемчужины, после чего вставил туда драгоценность. По углам тонким сверлом сделал ещё четыре сквозных отверстия, чтобы в будущем при удачном завершении опыта амулет можно было использовать для ношения разными способами: в виде браслета на руке или ноге, как медальон или брошь, возможно, даже намертво пришить к одежде.
И вот, заготовку для волшебной вещи я опустил в графин с кровавой смесью, при этом думая только о том, чтобы в итоге получить целительский амулет высшего класса.