И вот там меня ждал сюрприз.
— Реджинальд?! — не поверил я своим глазам, когда увидел в толпе грязных оборванцев своего, хм, собутыльника. Грязный, побитый, в лохмотьях одежды, в которой только при тщательном разглядывании можно узнать продукт, вышедший из дорогой и престижной мастерской.
— Виктор, — чуть поклонился тот, стараясь сохранить чувство собственного достоинства, но при этом не в силах скрыть страх в глазах. — Я рад увидеть своего друга в этих опасных и недружелюбных краях.
Нужное слово он специально выделил, видимо, чтобы исподволь прояснить своё текущее положение. Не воспользуюсь ли я его состоянием и не решу ли извлечь из этого какие-либо дивиденды — от стребования полезной мне клятвы до отправки на встречу с местными богами.
— Открой, — я кивнул бойцу, который имел при себе бензорез для резки металла. Ключа от клетки не нашли, а закрыта она была на два больших земных навесных замка.
— Уверен, что правильно поступаешь? — нахмурился Корж.
— Угу.
Дальше нам поговорить не дал рёв инструмента, впившегося диском в толстый металл. Дружинник не стал даже пробовать справиться с толстенной дужкой замка, которая не уступала в диаметре арматуре да ещё была закалённой, что делалось именно против вот такого вандальского вскрытия лицами, охочими до чужого добра, запертого хозяином. Вместо того чтобы терять время, возясь с прочной сталью, да ещё которая так и норовит отскочить из-под бешено вращающегося диска, он отхватил кусок арматуры, вокруг которой держалась дужка замка. И потом повторил это со вторым замком.
— Готово, командир, — сообщил он, скидывая защитные очки и возвращая на голову шлем, который до этого снимал для удобства в работе.
— Реджинальд, выходи. Нечего тебе делать в этом месте.
Тот сделал шаг вперёд, замер и произнёс:
— Виктор, прошу выпустить со мной трёх благородных мужчин, которые вместе со мной провели немало времени в этом неприятном месте. Сквайры Алонс Ри Онгал и Полт Мист, и барон Шетаф Са’Жакобар. Я даю своё слово, что это честные люди, храбрые воины и достойные рыцари, не запятнавшие свою честь недостойные поступками.
— Твоего слова, Реджинальд, достаточно для меня. Господа, прошу на выход, — сказал я, когда четверо мужчин вышли из клетки, и дверь за ними закрылась, я обратился к остальным. — Всем остальным придётся немного подождать, пока мы не проясним ситуацию с вами.
Дворян я отправил в один из домов с сопровождением в виде одного нетериса и чапиида, пояснив, что это не конвой, а охрана, которая избавит от недопонимания с местными жителями и прочими дружинниками, которое может привести к трагическим последствиям. Дом выбрал один из тех, что зачищал со своим отрядом. Там есть тот самый минимум, который необходим для бывших пленников: вода, чистая одежда, умывальные принадлежности. А перекусить они могут сухпайком из вяленого мяса или колбасы с хлебом. На бардак, который там образовался после кровавого штурма, они вряд ли обратят внимание, будучи к такому привычные сызмальства.
Следом за дворянами и после короткой беседы, подкреплённой показаниями помощников из числа жителей Казачьего Засада, на волю были выпущены восемь человек, те, кого вампиры посадили сюда за мелкие провинности.
Остальные пленные оказались бывшими искателями, получившие по шеи в мегаполисе, бежавшие оттуда сломя голову и угодившие в лапы кровососов. Все простые вояки или везучие горожане, не имеющие известности, веса в обществе, денег или иных способов, чтобы заинтересовать меня и уговорить выпустить из клетки. Хм, судя по взглядам, все без исключения, кто смотрел на меня через прутья, ничего хорошего не ждали. Сломленными они не выглядели, скорее смертельно уставшими и теми, кому надоело бояться и гадать, что же их ждёт впереди. И до такой степени, что я буквально читал по их лицам «уж даже лучше смерть, лишь бы прекратилось это страшное ожидание».
И вот, наконец-то, время пришло для знакомства с обитателями второй клетки. Кстати, издалека выглядело всё так, будто клетка плотно закрыта листами железа, но на деле оказалось, что прорех (и крупных) тут было полно. В них свободно проскальзывали солнечные лучи, словно, клинки в пыточном шкафу. Учитывая, что солнце постоянно двигалось, то и «клинки» смещались, заставляя пленников следить за ними и переходить с места на место. Видимо так захватчики деревни заставляли своих сородичей тратить силы на выживание, а не на поиски, как выбраться. Вымотавшись днём, пленники вряд ли ночью имели силы для попыток освободиться из плена. Здесь сидели двенадцать человек, три женщины и девять мужчин. Выглядели молодо — от двадцати пяти до тридцати с коротким хвостиком. Это в плане возраста, а вот физическое состояние оставляло желать лучшего: ссадины, ожоги, у некоторых были перевязаны и снабжены шинами руки и ноги.