«А нечего свысока на всех глядеть. Были бы проще, потоптали пятками землицу, может, кто-то и уцелел бы», — подумал я, глядя на вылетевшие из седел тела, которые приняли на себя каменную картечь, что пролетела над головами пехотинцев.
По плану сразу после подрыва фугасов по холму должны нанести удар БМП и миномётчики с «зушками». Так что, вскоре среди разбросанных тел выросли чёрные султаны взрывов снарядов и мин.
Чуть позже многотонные бронированные машины выползли из капониров и понеслись навстречу вражеской коннице, которая не обратила внимания или не заметила поголовную гибель своего командования. На Земле были эпизоды, когда сталкивались танки и кавалерия, в некоторых случаях доходило до абсурда — всадники пытались рубить шашками и колоть пиками стальных мастодонтов, самые умные пробовали стрелять в упор из винтовок или пистолетов в смотровые отверстия. Но всегда такие стычки заканчивались победой неповоротливых и полуслепых, зато очень зубастых и неуязвимых машин.
Так же случилось и в этом сражении, хотя воины на химерах были вооружены куда более мощным оружием — зачарованными клинками, боевыми амулетами.
Пока «бээмпэшки» гоняли и размазывали по земле элитную кавалерию, пулемётчики приступили к кровавой жатве среди основного жреческого войска, которое продолжало идти на нас. Первыми погибли маги и обладатели магических щитов с функцией не только индивидуальной защиты. Но и растягивания полога на значительную площадь. Скорее всего, враги таким образом решили сохранить своё войско до начала рукопашной схватки, понимая, что без защиты как минимум «мясо» мы выбьем из автоматов на дальних подступах. Увы им — то, что кроме лёгкого стрелкового оружия у меня есть и на порядок мощнее — это разведка не донесла. Маги погибли бездарно, как простые копейщики из крестьян и горожан, набранные по тавернам.
— Господин виконт, позвольте мне со своими воинами схватиться с врагом. Нам же будет потом стыдно, что просидели здесь, пока ваши воины делают всю работу. В конце концов, мы получаем золото, чтобы не держать мечи сухими от крови в ножнах, — почти взмолился Вишен, горящими азартом глазами косясь на поле бойни.
— Не задерживаю, Орм. Только не попади под пулемёты.
— Благодарю, ваша милость, — склонил голову тот и мигом умчался к своим подчинённым.
— А вот не сработай мой план, то хрен бы ты так рвался вперёд, — очень тихо и с сарказмом произнёс я ему в след. — Зато тут дошло, что слава и трофеи уходят из рук. Хотя, какие там трофеи у того мяса, что набрали жрецы — мусор и только.
Тех, кто пустился бежать с поля боя, мы преследовать не стали. По самым интересным целям, разве что, отстрелялись операторы «зушек» и БМП. Интересными в их понимании были все те, кто оружием и доспехами выделялся в серой массе «мяса».
Всё сражение не заняло и получаса — от момента, когда враги сделали свой первый шаг в нашу сторону и до мига, когда боевые машины взлетели на холм и остановились рядом с телами убитых и раненых врагов из числа командиров. Удивительно, но такие тоже были.
Всего в плен попали сто семь человек и шестеро из них кичились своим благородством. Среди них был командир кавалерии, остатки которой скоро начнут с матами вычищать между гусениц и катков экипажи БМП. Так же повезло спастись, и даже избежав ранений при взрыве фугаса и дальнейшего обстрела из стомиллиметровых пушек, одному из старших командиров жреческого войска. И ещё четверо сквайров-рыцарей — нищих, но гордых.
Один из них нагло заявил:
— Я даю слово чести, что привезу выкуп за себя, если меня сейчас отпустите.
Спесь совсем не шла к рваной, перепачканной кровью и землёй одежде и опухшему от побоев лицу.
— Выкуп? — удивился я.
— Да. Это основная практика в нашем мире, когда благородный берёт другого благородного в плен. Но очень часто победитель милостиво отпускает пленных без каких-либо условий. Могу я рассчитывать на подобное снисхождение или хотя бы на то, что сумма выкупа окажется не чрезмерной?
— Я подумаю, — махнул я рукой, потом приказал ближайшему нетерису из своей свиты. — Отведи его к прочим дворянам и скажи охране, чтобы там ему руки связали.
— Я дам слово, что не сбегу! — возмутился пленник, услышав мои слова. — Это бесчестно так поступать с дворянином… как с каким-то сиволапым быдлом! У вас нет чести, сударь!
Примерно в таком же ключе высказался барон Врашнет, один из командующих вражеского войска. У этого индивидуума хватило ума, чтобы спрятать свой гонор и натянуть улыбку на губы. Но вот его глаза выдавали то, насколько он ненавидел и презирал меня.